– Как ты можешь так думать! Это низко, низко!

Мама отвернулась от нее, сгорбилась, как будто ей на плечи обрушилась вся тяжесть мира. Плечи ее затряслись.

– Мамочка, что ты! – Галина обняла мать, прижала ее к себе. – Да что с тобой?

Мать молчала, по ее телу пробегала крупная дрожь неудержимых рыданий.

– Ну, хочешь – я уеду? – произнесла Галина неуверенно. – Хочешь – я вернусь в Швейцарию?

Она совершенно не собиралась никуда уезжать, но нужно было успокоить маму, не идти с ней на открытый конфликт. В конце концов, она же не может ей ничего запретить, мать взрослый человек и вольна поступать, как хочет.

– Нет! – Мать оттолкнула ее, выпрямилась.

Галина увидела ее лицо, покрытое пятнами лихорадочного румянца, увидела ее сухие, горящие глаза без малейшего признака слез – и невольно отшатнулась. Да что такое происходит? И эта неврастеничка – ее мать, всегда выдержанная и спокойная, умеющая себя правильно вести в любой ситуации!

– Нет, ни в коем случае не уезжай! – воскликнула мать. – Не оставляй меня одну! Я совсем недавно потеряла мужа, если и тебя не будет рядом – я этого не переживу!

Галина посмотрела на мать с удивлением.

Совсем недавно она была неприятно поражена, когда узнала, что дочь не собирается возвращаться в Швейцарию, хочет остаться дома – а теперь так горячо уговаривает ее остаться! По ее же словам, только дочь мешает ее счастью.

Пока ее не было, Сергей Михайлович приезжал сюда, как к себе домой, оставался ночевать, прислуга в курсе, да и соседи небось тоже. А теперь им надо перед ней притворяться, но отпустить ее мать не хочет.

И тут Галина почувствовала, что мать говорит не своими словами, что ей внушили эти слова, эти мысли, и теперь она только повторяет их, как актриса повторяет старательно вызубренную роль.

Не слишком одаренная актриса. Так вот в чем дело…

Снова Галина вспомнила гибель Гели Широковой, вспомнила предупреждение Стейница о грозящей ей опасности – и поняла, что адвокат прав, ей действительно грозит серьезная, смертельная опасность. А значит, она должна держать при себе все свои мысли и намерения, должна быть осторожной со всеми, даже с собственной матерью – может быть, особенно с матерью.

Ведь именно мать больше других заинтересована в том, чтобы завещание отца не вступило в силу…

Галина пришла в ужас от собственных мыслей.

Неужели она подозревает собственную мать в покушении на свою жизнь? Нет, конечно нет.

Мама действует не по своей воле, она – послушное орудие в руках другого человека, человека, который держит ее в руках, вертит ею, как хочет.

Управляющего Сергея Михайловича Груздева.

Это он желает ее смерти, чтобы без помех прибрать к рукам отцовское состояние.