А давно хочется взять, так взять, чтобы все от зависти засохли. Стоит выведать у питерского, как и с кем он намерен дело провернуть, ой стоит.

— Найдутся желающие. Дружок мой, Водопроводчик, хотел спроворить насчет касс, да не успел. Малец его сказал мне, что ты здесь в авторитете, в Иванах ходишь, имею надежду через тебя…

— Подумаем, подумаем, — быстро сказал Мишка, прикинув про себя, что приезжий-то оказался не так прост, тертый малый, сразу не раскрывается. — Кого все же хочешь в долю взять? Скажи.

— С Гришей Адвокатом можно перетолковать? А Сабан, Чума? Других, пожалуй, беспокоить не будем пока, поскольку толку от них на грош, а ломаться при дележе станут на целковый.

— Перетолковать можно. — Рябой закурил папиросу и откинулся на спинку стула, в упор разглядывая Трепалова. — Только как бы потом нам самим на бубях не остаться. Ты им все наши планы выложишь, а они и…

— А ни тебе, ни им! — усмехнулся Трепалов. — Весь план построен на том, что человечек надежный там у нас есть, который в нужный момент дверь в денежные хранилища откроет. Знает он только меня, а его — только я.

— Вот-вот, знаешь вроде ты один, а говоришь: «У нас есть».

— Вторым был Водопроводчик. Только он теперь, думаю, ангелам одним в райских кущах может про человечка из касс рассказывать.

— Подумаю, — пообещал Мишка Рябой. — Обмозгую.

— Думай, — равнодушно согласился Трепалов. — Когда ответ дашь?

— Спешишь? — Мишка про себя уже торопливо прикидывал все за и против предложенного питерским крупного дела. Только бы взять кассы, а там видно будет, кому что достанется, — все люди смертны, в том числе и питерский гость.

— Не с руки мне тут лишнее время болтаться без дела. Откажешься ты — с Чумой или Адвокатом переговорю. Но тогда не обессудь, в долю уже звать не буду.

— Ночуешь где? — неожиданно поинтересовался Рябой. — Место надежное?

— Надежное, — улыбнулся Трепалов. — И Монашек там со мной. Вроде как по наследству мне от дружка перешел. Можем, кстати, на этой квартирке перед делом и собраться. Я ею еще раньше пользовался, когда сюда приезжал на гастроли.

— Год назад. Хорошая квартира, удобная, в доме Ефремова. С черным ходом. Ни одна собака не узнает.

— Лучше собраться в Сухом овраге, здесь, на Хитровке, — быстро ответил Мишка, и Трепалов понял, что тот уже все решил для себя: и сам пойдет на железнодорожные кассы, и других будет уговаривать. Расчет на жадность Рябого оказался верным.

— Здесь не очень хорошо, — солидно ответил Трепалов. — Уголовка во все глаза за Хитровкой смотрит. Думаю, что и другие тебя не поддержат.

— Ладно, будем твою хату смотреть, — немного поразмыслив, сообщил Рябой. — Хозяйка здешняя, Севастьянова, сходит и поглядит. Оставь ей адресок.