Как у вас…»

Хорошо вышколенный лакей-официант, одетый в темно-зеленую, обшитую галуном ливрею, осторожно держа укутанную в салфетку темную бутылку, налил в высокие тонкие бокалы золотистого вина. Чиркнув спичкой, зажег свечи на столе — тускло замерцало старинное столовое серебро, желто-розовые блики легли на туго накрахмаленные салфетки, заискрилось, заиграло в неверном свете свечей содержимое бокалов.

Лакей поклонился и вышел, неслышно притворив за собой высокую тяжелую дверь. В кабинете повисла тишина.

Стыл за окнами шинельно-серый сумрак осеннего петроградского вечера, багрово тлели угли в большом камине. Двое людей, сидевшие за столом, молчали.

— Нуте-с, — первым нарушил молчание хозяин, полный, коротко стриженный, с жесткой щеткой рыжеватых усов под мясистым носом, — давайте выпьем со свиданьицем, как говорят в России. — Он поднял свой бокал на уровень глаз. — Вино хорошее, попробуйте, мой друг.

Гость — высокий худощавый светловолосый человек без особых примет — последовал его примеру.

— Дальше ухаживать за собой придется самим, — усмехнулся хозяин, — говорить будем только на русском. Вернее, говорить буду преимущественно я, а вам, мой друг, надлежит меня очень внимательно слушать. Как вино?

Гость одобрительно кивнул.

— Отведайте… — хозяин жестом истого хлебосола подвинул ближе к нему тарелки с закусками, — у меня хороший повар. Пожалуй, в моем возрасте ничто больше так не радует и не греет душу.

— Русские говорят, что до тридцати лет греет жена, после тридцати рюмка вина, а еще через тридцать лет и печка не согреет, — улыбнулся одними глазами гость.

— Прелестная поговорка. Я вижу, вы совсем обрусели. Это хорошо. Положите себе телятины… Вы знаете, графиня Магдалина Павловна Ностиц, урожденная Бутон, ярая противница Распутина, недавно рассказывала одному из наших людей, что в начале сентября в доме графини Палей состоялось некое собрание, на котором присутствовали Гучков, Сазонов и французский посол. Неплохая компания, правда?

— Ностиц — жена бывшего русского атташе во Франции? — отозвался гость.

— Да-да, та самая. Так вот, Гучков там весьма авторитетно заявил, что деятельно готовится переворот, причем с двух концов. Главная работа, по его словам, идет в армии: офицерство якобы на стороне великого князя Николая Николаевича. Этакие новоявленные заговорщики, — хозяин сдержанно посмеялся. — Но к ним примыкают представители московского дворянства, богатое купечество. Называли Высоцкого, Морозова, Попова.