– Связаться с ними можно?

– К сожалению, уже нет! Вернее, можно, по каналу НКБ, по которому Тачмурад должен сообщить об отлете твоего друга с дочерью в Узбекистан, но опасно. Он контролируется.

– А как же Тач выйдет на связь?

– На связь выйдет другой человек и произнесет закодированную фразу.

– Да! Ну и порядки тут у вас!

– Что поделаешь, капитан? Мир перевернулся, вместе с ним изменились и люди, показав свою истинную сущность. Но у нас все еще впереди.

– Я тоже уверен в этом.

– Ну, идем в дом. Помоешься, подкрепишься, отдохнешь. А о сигнале Тачмурада я тебе сообщу, как только получу его.

– Еще вопрос, Дурды!

– Когда и как меня собираешься отправлять домой?

– С тобой проще. Недельку переждем, потом, как все уляжется, самолетом и улетишь в Россию. Старый паспорт уничтожен, я сделаю тебе новый, дипломатический.

– Не меньше! Да тебе какая разница? По Переславлю соскучился?

– Не без этого. Но раз надо неделю выждать, значит, выждем!

Илья проснулся в 7 утра. Быстро одевшись, вышел из комнаты, а затем и из дома. Дурды собирался на службу. Запрелов поймал себя на мысли, что до сих пор не знает, кем работает сейчас бывший и. о. начальника РОВД Меджерского района. Но спрашивать не стал.

– Доброе утро, Дурды, ну что там с Шуриком и Катей?

– Все в порядке. Они уже в Ташкенте и в полдень вылетят в Москву.

– Им сообщили, что я жив?

– Нет! Сеансы связи были односторонними, только доклад без комментариев.

– Так это даже лучше. Сюрприз дочери устроишь. Я поехал! Буду к вечеру. Не скучай. Из дома не выходи, все, что надо, проси у охраны.

Задержаться в Туркмении Илье пришлось чуть дольше запланированного, это было связано с подготовкой документов. За время вынужденного безделья Запрелов внимательно следил за новостями по туркменскому телевидению. О происшествии в усадьбе Назарова, а также о гибели людей в карьере так и не было сказано ни слова. Местная безопасность умело руководила СМИ. Зачем народу негативная информация? А сам Назаров ни с того ни с сего застрелился. Об этом как-то сказал Дурды, заметив, что Тарантул вряд ли стал бы кончать жизнь самоубийством, просто он, как и предполагалось, перестал интересовать Самого.

Наконец Илья вылетел в Москву. Провожали его Дурды и специально приехавший из Меджера Тачмурад. Прощание было коротким, но сколько тепла содержало оно. Тепла, присущего людям с открытой и доброй душой.

Илья улетел в Москву, выполнив свой долг, вновь доказав и себе, и друзьям, и тем, против кого действовал, что офицер спецназа всегда, до конца дней своих остается офицером спецназа.

«Боинг-757» рейса Ашхабад – Москва прибыл в аэропорт «Домодедово».

Илье не терпелось увидеть дочь и своих товарищей, поэтому он нанял такси. От Домодедова до поселка Цемзавода в Переславле.