Я же некоторое время подпитывал дополнительной псионической энергией его напряженные усилия. Так делал каждую нашу тренировку, тут ничего нового. Но потом я ощутил, что накопитель Дубного резко вздулся. Неужели прорвал?

— Усиливай каналы, — велел я, сам насыщая накопитель Каменщика еще и своей энергией.

Дубный сделал как велел, и сразу же я впрыснул резкий поток энергии.

— Сужай! — закричал вслух.

Каменщик послушался, и рванувшая магическая энергия резко преобразовалась в град камней. Тяжелые гранитные осколки ударили по бетонным макиварам, разбивая плиты. К сожалению, сбило не все макивары, только пять из десяти. Но уже хоть что-то.

Больше всех обрадовался Дубный. Заулыбался, затряс сжатыми кулаками, даже попрыгал на месте от избытка эмоций. Конечно, легионеру выгодно развиваться. Когда он отслужит мне и я раздобуду ему новое тело, по идее он перенесется вместе с расширенным накопителем и выученными техниками. Так что чем он сильнее станет сейчас, тем ему проще будет потом. А с моей поддержкой расти в силе всяко легче.

Сейчас я вот лежу в постели и думаю, может заглянуть к Лакомке? Что-то совсем не спится. А во всём виновата Антонина Павловна в своем розовом халатике. Нашла же в чем ко мне приходить. Учительница будто напрашивается на мое внимание. А какое может быть внимание от половозрелого парня ночью? Одно-единственное, ессно. Но Антонина, конечно, ничего такого не думала, а просто проявила заботу.

Неожиданно на тумбочке просыпается мобильник. И звонит мне сам Морозов. Ну ничего себе. Самого Юрия Михайловича потянуло на полуночные разговоры. Похоже, Лакомка отменяется.

— Да, княже, — с зевком отвечаю.

— Данила, не спишь? — спрашивает князь.

— Как слышите, — с иронией отвечаю.

— Молодец отрок, — хвалят меня. — Я тоже всегда очень поздно ложусь. Ночь — отличное время для работы. Никто из домашних не мешается, можно заняться важными задачами по списку, а также отвлеченными идеями…

Категорически не согласен, хотя бы потому что сон также необходим телепату, как и набор витаминов и микроэлементов. Конечно, благодаря Дару физика нынче я могу перебороть естественные потребности, но в этом нет никакого смысла, один только вред.

— Нашли нового ирабиса? — уточняю.

— Нет, кошку еще ищут, — отмахивается князь. — Дело в другом. Я хочу поговорить о «норах» и нашей с тобой будущей прибыли.

Следующие десять минут Морозов гневно поносит Великопермского за то, что тот не пускает никого в Будовск, поэтому только пермские дворяне грабастают себе весь навар из «нор».

— Это жесточайшая несправедливость, княже, — устало вздыхаю я. — Но чем я могу помочь?

— Данила, я предлагаю тебе быть моим представителем в Будовске, — огорошивает Морозов.