кхм, в результате совместной с моряками операции Чаганов был освобождён и, кроме того, нами были захвачены в плен атаман Семёнов, японский офицер генштаба капитан Накамура и германский дипломат Штольце, сотрудник военной разведки…

— Хороший улов. — потирает руками Каганович, ловя взгляд вождя.

— …но наиболее ценной добычей оказался шифроблокнот японца. Все радиограммы он успел уничтожить, однако в блокноте остались несколько неиспользованных листов. Самого капитана нам всё равно придётся отпустить, японская сторона согласилась выдать за него ближайших соратников атамана, на чьих руках кровь сотен советских людей, но пока он находится у нас, мы решили устроить радиоигру.

Органам было известно, что с нашей территории время от времени, ведутся радиопередачи, причём корреспондентом является радиостанция на территории Маньчжоу-Го: удалось запеленговать место откуда приходит подтверждение приёма, так называемая «квитанция», последняя такая — пришла из района озера Хасан. Считалось, что передачи ведут японские шпионы, поскольку основным местом выхода в эфир был район Владивостока, где проживает довольно большое число японцев. Поскольку Накамура давать показания отказался, то мы вплотную занялись его радистом, также попавшим в плен. И вот на допросе он показал, что все передачи велись на русском языке…

— Свои, значит… — загудели собравшиеся.

— …да свои, — продолжил Берия, дождавшись тишины, — поэтому видимо нам и не удавалось расшифровать эти радиограммы. Японский радист не понимал, что передаёт и принимает, поэтому ничего больше полезного сообщить не смог, кроме частоты и времени следующего сеанса связи.

И вот, наконец, два дня назад пришла шифровка, в которой некто Пансоф сообщает о предложениях Апанасенко в Москву по линии разграничения войск и по уточнённой линии границы, почти дословно цитирует.

— Тогда выходит, Коба, что хвалёный «Айфон» постороннему прослушать можно? — привстаёт с места Молотов.

— Или, что вероятнее, — быстро отвечает Берия, — утечка произошла из штаба армии или фронта… А в конце радиограммы он просит срочно передать ему денег, пятьсот тысяч рублей на непредвиденные расходы…

— Ничего себе аппетиты, — присвистнул Каганович.

— … мы за эту срочность сразу уцепились и предложили через три дня встретиться в море в нейтральных водах у одного из небольших островов. Ещё мы задали вопросы о здоровье Чаганова и его местоположении… Пообещали за его голову десять миллионов рублей.

— Вы что же это, сознательно натравливали их на Чаганова? — возмущённо кричит Киров.

— И в мыслях не было, мы планировали использовать в качестве приманки двойника Чаганова, нашего сотрудника.