— … еще один вопрос, — вкрадчиво продолжает Геринг, не слыша ответа собеседника, — поскольку я заместитель фюрера в Совете по обороне Рейха и уполномоченный по выполнению четырёхлетнего плана, то было бы справедливо, что мне отходит пост канцлера…

— В таком случае должность председателя партии за мной, — перебивает Гиммлер.

— Договорились, — на том конце провода слышен облегчённый вздох, — Генрих, как продвигается расследование покушения на фюрера?

— Установлен исполнитель, — настроение Гиммлера тоже улучшилось, — некто Эльзер, столяр, в конце двадцатых состоял в организации «Союз Красных фронтовиков»…

— «Рот фронт»? Он что коммунист?

— … В компартии не состоял, вчера выехал из Рейха в Голландию, вечером был задержан местной полицией никогда не догадаешься… на конспиративной квартире, где проживает резидент СИС.

Полиция проводила там расследование ограбления и случайно наткнулась на английскую радиостанцию. Так вот, они проверили документы и отпустили Эльзера, но наш источник в Королевской жандармерии сообщил об этом факте агенту СД. Я дал команду захватить или, в крайнем случае, уничтожить организаторов покушения майора Стивенса, капитана Бэста и исполнителя Эльзера.

— Хотели чтоб подозрение пало на красных… Хм, я понимаю, Генрих, ваше стремление отомстить врагам Рейха, поднявшим руку на фюрера, но я бы на вашем месте воздержался от резких движений. Судите сами, серьёзный конфликт с Великобританией нам сейчас просто не под силу. Рейх критически зависит от подвоза продовольствия и сырья для промышленности. Любой даже кратковременный сбой в поставках, а англичане с лёгкостью смогут организовать длительную морскую блокаду, приведёт к тому, что в городах придётся сильно урезать нормы выдачи по карточкам, а потом и к голодным бунтам.

Промышленность остановится, мы не сможем поставлять наши товары в другие страны, поставлять оружие вермахту. Поверь мне, я достаточно поварился в этом котле.

— Но мы не можем никак не ответить на это гнусное преступление, на убийство наших товарищей. Голодных бунтов ещё надо дождаться, а призывы к отмщению уже звучат на улицах, а после сообщения о взрыве ситуация вообще станет неуправляемой.

— Так может тебе, Генрих, стоит форсировать начало операции «Хрусталь», тем более повод более веский, чем ранение третьего секретаря посольства? Ты же, наверняка готовил к ней какую-нибудь «сакральную жертву».

Уверен, что сможешь быстро подготовить неопровержимые улики. Одним выстрелом убиваем двух вальдшнепов: народ удовлетворяет своё чувство мести, круша витрины еврейских лавок, а мы тихо реквизируем активы «жирных котов» по некоторым оценкам на миллиард рейхсмарок.

— Тихо реквизировать не удастся, Герман.