— это которая на бомбовозе…

«Хорошая память, о таких системах ему наверное много довелось бумаг прочесть… Выделяет он меня, хотя с другой стороны и прибор прорывной — тепловизор на самолёте в хорошем разрешении пишет тепловой профиль местности, над которой он пролетает на обычную киноплёнку».

— …Так точно. Через месяц у нас намечены полигонные испытания «Алмаза» на Софринском полигоне. Самолёт ДБ-3 и прибор уже готовы и находятся у меня в Подлипках. Прошу дать распоряжение совместить эти испытания с войсковыми и провести их здесь в Приморье в боевой обстановке.

— Как же ты, Алексей, собираешься перегнать бомбовоз на Дальний Восток? Ты хоть знаешь сколько времени готовил Коккинаки свою «Москву» для перелёта?

— Товарищ маршал, я не предлагаю беспосадочный перелёт, пусть будет обычный с посадками по маршруту «Аэрофлота» дня за три-четыре.

— Не могу тебе ответить сейчас, мне надо с Головановым посоветоваться, но предложение хорошее. Молодец.

— И ещё, я знаю, что здесь в Приморье где-то находится один из «Подсолнухов». Неплохо было бы его тоже проверить в боевой обстановке. Хотел бы с вашего позволения поучаствовать в этом.

— Я тебе, Алексей, не командир, у своего начальства отпрашивайся, а со своей стороны дам распоряжение чтоб не препятствовали.

28 июля 1938 года, 12:00.

«Новая метла», комкор Иосиф Апанасенко, отрывается от карты, проводит рукой по гладко выбритой голове и суровым взглядом обводит собравшихся, высших военных руководителей Приморья: дюжина комкоров, комдивов и флагманов (я со своим ромбом картины не портил) напряглась.

— Нет узкоколейки на юг в сторону границы? — Карие глаза замкомфронта буравят фигуру немолодого комдива, мгновенно взмокшего от этих слов. — Как же вы собирались границу прикрывать?

— От нас и от Владивостока к границе ведут две грунтовки… — Выдавливает из себя Кузьма Подлас, недавно назначенный командующим 1-й армии, и замолкает.

— Разрешите мне? — Подаёт голос Яков Смушкевич, комкор, поправляя орден Ленина на груди и дождавшись кивка Апанасенко продолжает. — Я получил приказ передислоцировать авиацию фронта поближе к театру боевых действий, было намечено несколько несколько передовых заранее выбранных площадок для штурмовиков и истребителей: в Новокиевке и заимке Филипповского. Самолёты на месте, но снабжение организовать не удаётся. Из-за дождей дороги раскисли, также с площадками отсутствует телефонная связь.

У Апанасенко над воротником гимнастёрки появилась красная полоса, которая, расширяясь, быстро поползла вверх окрашивая щёки, нос и лоб.

— Дальний Восток-крепость?! Граница на замке?! — Глаза командующего ГВП налились кровью а губы беззвучно зашевелились. — От кого? От нас с вами?

Собравшиеся втянули шею в плечи.