Не сами ли вельды послали его вслед за ней? Но не выглядел он тем, за чьей спиной стоит могучая родня: слишком испуган, слишком умоляюще смотрит. Как будто и впрямь по собственной воле хочет уйти из опостылевшего лагеря.

— Разве тебе всё равно, куда идти? И зачем? — Млада небрежно ковырнула остриём скрамасакса рыхлую землю, продолжая, однако, краем глаза следить за мальчиком.

— Всё равно, — едва слышно произнёс вельд. — Я не хочу стать похожим на отца. И не хочу жить с теми, кому только и надо, что убивать. Мне нужно уйти. Как можно дальше.

— Чем же тебе так не угодил твой отец?

— Мой отец — жрец, вождь племени, — чуть поразмыслив, признался парень.

 — Я только наполовину вельд. Мать была пленницей и умерла родами. А может, отец её убил… Он на многое способен. Я видел.

Сын самого жреца! Всё обернулось как нельзя более удачно, если парень не брешет. Но коли жрец захочет вернуть отпрыска, могут возникнуть проблемы. Стало быть, надо уходить как можно скорее. И разумнее всё-таки будет мальчишку взять с собой, чем прирезать в лесу.

Млада даже невольно ухмыльнулась, но, вспомнив про свои ранения, снова помрачнела.

Вдобавок к этому, болезненно толкнулась в бедре кровь.

— Очень трогательная история… — кисло заметила она и поднялась в полный рост. — Но откуда мне знать, что ты точно окажешься полезным?

— Я много знаю! — возмутился парень и заерзал на месте, будто муравьёв ему в штаны кто насыпал. — И, если ты правда дружинник, расскажу всё. Только не бросай меня тут и не убивай!

Млада промолчала. Тянуть время дальше становилось опасно и бессмысленно. Уже глубокая ночь, пора бы и отдохнуть, но ещё не мешало бы отойти от лагеря подальше.

А то так даже факела не зажжёшь. Зараза.

Вздохнув, Млада схватила парня под мышку и поставила на ноги. Раз уж так вышло, она доставит его в Кирият, отдаст воеводам, а там пусть они с ним разговаривают. Пусть хоть на куски режут — а её долг перед князем будет исполнен.

— Что ж, идём, коли не шутишь.

Она намотала на ладонь длинный конец верёвки, которой обвязала руки парня, подтолкнула его в спину, и тот двинулся вперёд, спотыкаясь в темноте о корни и ветки.

— Что это был за обряд? — нарушила возникшую тишину Млада. — Часто они проводятся?

Вельд коротко оглянулся, будто вопрос застал его врасплох.

— Раз в шесть лун. Мы должны принести Великому подношение в виде крови пленника, — холодно ответил он, явно не желая о том разговаривать.

Но Млада безжалостно продолжила:

— Кажется, у него много имён. Это бог или дух. Отец не рассказывал подробностей. Да и не хочу я знать. Сегодня он решил, что мне пора становиться мужчиной. А тут появилась ты.