Но только гости успели попробовать мясной похлёбки и свежего хлеба, как Ратибор разлепил губы:

— Значит, вельдов искать станете?

Его голос кольнул недоверчивостью. Ждан тихо хмыкнул, но получив от отца укоризненный взгляд, уткнулся в свою миску. Видно, деревенские-то много знают о неудачах предыдущих княжеских разведчиков.

— Станем, — вздохнув, отозвался Надёжа. Похоже, сейчас ему не хотелось шевелить даже языком. — На тривичей они недавно налетели. Слыхали, небось?

— А то ж. Слыхали, — качнул головой староста. — Давно их не было, поганей.

Млада медленно опустила ложку в пустую миску и подняла на него взгляд:

— Никто из Рысей не видал вельдов в этих местах?

Надёжа недовольно глянул на неё, и пнул под столом ногой: мол, нельзя девке влезать в мужской разговор. Млада за это с радостью отвесила бы ему оплеуху, но сдержалась — только сомкнула перед собой на столе пальцы в замок. Ратибор поразмыслил немного, покручивая кончик бороды.

— Родич из Малохи сказывал, что как будто видал вельдов, — проговорил он наконец. Ждан кивнул на его слова. — Он ходил на лося в сторону озера — там их и повстречал. Еле ноги унёс — не до охоты стало. Их было много: дюжины три или больше. И шли они как будто на запад. Но наших деревень не трогали.

Что ж, всё говорило о том, что вельды расположились где-то неподалёку от отрогов Холодного гребня. Близко к нему не прижмутся — иначе могут оказаться в ловушке, а значит ходу до их лагеря дней пять верхом. Но если придётся оставлять коней у тривичей, то может и на шесть растянуться.

Перебирая в голове мысли о вельдах, Млада краем уха слушала разговор мужчин, хоть больше ничего полезного староста рассказать не смог. Она совсем уже отогрелась, даже сапоги стали подсыхать. Пахло влажными плащами кметей, которые сушились у печи. Младу явственно тянуло в сон. Пытаясь сморгнуть навалившуюся на веки тяжесть, она отвернулась и заметила, как из-за стенки, закрывающей южный угол избы, выглядывает светловолосый мальчонка, зим пяти отроду. От любопытства он засунул большой палец в рот и неотрывно смотрел на Галаша, сидящего к нему ближе всех. Вряд ли малыш понимал, о чем ведут речь суровые на вид мужчины, но все его лицо настолько светилось восхищением, что губы Млады невольно расплылись в улыбке. Мальчик перевел на неё взгляд и тут же спрятался. Впрочем, вскоре снова показался из укрытия. Послышался нарочито строгий голос Переславы: «Не мешай. Пойдем — спать пора!» — и мальчик юркнул обратно.

Млада даже показалось, что малыша не было вовсе — это память подложила ей образы из прошлого. Возможно, когда-то в детстве она дружила с таким вот мальчиком, а потом он погиб вместе со своими родителями, и сейчас уже не вспомнить его лица.