В прошлый раз все это вылилось в трехмесячный курс психотерапии и боязнь носков.

– Так будете брать или нет? – нетерпеливо постучала пальцами по кассе продавщица. – Женщина, за вами уже очередь.

– Д-да. Да, конечно. Извините.

Гидроперидная блондинка закатила глаза и пропикала три ярко-красных подарочных носка. Если бы Машка не ныла всю неделю, черта с два я бы их купила.

– Ваша покупка, приходите еще.

Выхватив пакет, отсчитала нужную сумму и поторопилась покинуть магазин.

Вот чем не угодили стандартные коробки под елкой? Нет, нужно вешать эти валенки над камином, а потом стараться впихнуть в них купленные подарки.

Маша хотела повторить прошлогоднюю тематику забугорного Рождества: чтобы дом в фонариках, украшенный камин и праздничный стол исключительно с блюдами по английским рецептам. А то, что аниматорами для Сонечки приглашены стандартные Дед Мороз со Снегуркой никого не волновало.

Я соглашалась на все, кроме носков.

Но в итоге все равно этот бой проиграла.

– Позолоти ручку, красавица, – откуда ни возьмись вынырнула из толпы прохожих старуха-цыганка. – Всю правду расскажу.

– Мне не надо, – буркнула я, огибая ее по широкой дуге.

Ветер бросил в лицо искры снега, вынуждая зажмуриться. Впереди замаячил пешеходный переход. Нужно попасть на ту сторону дороги, а там через парк – и дом.

– Ошибаешься, дорогая, – не отставала цыганка. – Дай монету, узнаешь, что в будущем ждет.

Я ускорила шаг, скручивая в кармане дулю. С детства бабушка привила мне эту глупую привычку. Чтоб не сглазили злые глаза. Не верю я в это, но все равно делаю.

Незнакомка вдруг схватила меня за рукав, останавливая.

– Дай погадаю, дочка.

Дернула рукой, вырываясь.

– Отстаньте, ну чего пристали? Не нужно мне ваше гадание!

Старуха крепче перехватила пальцы, задерживая на мне пристальный взгляд. Черные радужки ее глаз прожигали во мне дыру. По спине пробежал холодок, хотя в шубе становилось с каждой секундой все жарче.

– То, чего боишься, ждет через дорогу, – забормотала она. – Не вернешься до боя курантов, навеки там останешься.

Рванув в сторону, наконец смогла освободиться. Пакет с покупками порвался, рассыпая по дороге апельсины и треклятые подарочные носки. Наклонившись, быстро собрала все обратно, прижала к груди и повернулась к переходу.

– Ты забыла, – цыганка подняла оставленный на снегу носок и всучила в руку.

Затем пошла через дорогу, потеряв ко мне интерес.

Облегченно выдохнув, отсчитала пять секунд и, посмотрев по сторонам, двинулась по пешеходному переходу. Сжав крепче врученный носок, нахмурилась. В нем ощущалось что-то твердое. На ходу заглянула внутрь, притормозила, вытряхивая поверх прижатого к груди пакета глиняную фигурку.

Замерла, моментально холодея.