– Меня бы сейчас там смыло, — дрожа, проговорил Фродо. — Как здорово, что ты вспомнил о веревке!

– Здорово было бы, если бы я вспомнил о ней пораньше, — виновато вздохнул Сэм. — Я своими глазами видел, как эльфы клали ее в лодку, и тогда взял один моток, уж очень она мне понравилась. Хэлдир еще сказал тогда: «Она на все годится». Вот и пригодилась!

– Надо и мне было взять, — с сожалением произнес Фродо. — Но я слишком торопился уйти от отряда. Интересно, а хватит ли ее, чтобы спуститься?

Сэм измерил веревку на руке.

– Тридцать локтей, — сообщил он. — С виду тонкая, но выдержит много.

А мягкая, легкая какая! Одно слово — эльфийская.

– Тридцать локтей, — задумчиво повторил Фродо, — думаю, хватит. Надо попробовать.

– Дождь почти кончился, — ответил Сэм, — но впотьмах лучше не рисковать. Я как вспомню этот вопль… — он содрогнулся. — Вроде как Черный Всадник, только сверху. Это что же, они уже и летать научились? Лучше дождемся утра.

Фродо поднялся на ноги.

– Знаешь, Сэм, мне больше невмоготу сидеть здесь, на виду у Темной Страны.

Гроза стихала. Небо на востоке расчистилось. Мрачная мысль Саурона ненадолго задержалась на этой местности и сосредоточилась на долине Андуина.

Теперь там бушевала настоящая буря, и воды Великой Реки хлестал ливень. Минас Тирит померк под тучами. Гроза накрыла Гондор, дотянулась до границ Рохана, и Всадники, спешившие на запад, видели позади тонущее в мрачных клубах солнце. Но здесь, над каменистой пустыней, над гнилыми болотами, вечернее небо в тишине стало глубоким темно–синим озером, и в нем проглядывали первые бледные звезды.

– Как хорошо опять видеть — сказал Фродо, полной грудью вдыхая посвежевший воздух.

 — Я ведь думал, что ослеп — от молнии или от чего похуже… Совсем ничего не видел, пока не спустилась эта веревка. Она словно светилась…

– Как серебро в ночи, — подтвердил Сэм. — Раньше я этого не замечал. Правда, и не вспоминал ее с самого Лориена… — Он помолчал, а потом спросил: — А как мы по ней спускаться будем?

Фродо с минуту подумал.

– Вот что, Сэм. Привяжи–ка ее к этому пню. Будь по–твоему, иди первым. Я стану потихоньку отпускать веревку, тебе придется лишь отталкиваться, чтобы не ушибиться о скалу. Правда, если найдешь опору и дашь мне передохнуть, это будет очень кстати.

А когда спустишься, пойду я. Со мной уже все в порядке.

Спускаться оказалось вовсе не так трудно, как Сэм думал. С веревкой было не страшно, хотя иногда он все же зажмуривался, чтобы не смотреть вниз. В одном месте скала вдруг стала отвесной, а потом подалась вглубь; несколько раз он срывался и повисал, как паук на паутине, но Фродо наверху страховал его, и Сэм благополучно добрался до подножия обрыва. Веревки хватило с запасом.

– Готово! — крикнул он наверх.