– Мне известно, что с Ефимцевым на связь уже вышли переговорщики. Они хотят получить за дочь и зятя выкуп, Ефимцев лично собирается отправиться в Лондон. Так что все произойдет именно в тот момент, когда он будет отсутствовать.

– А как же Авдеев? Он может помешать твоим планам.

Лидия натянула трусики, застегнула лифчик; от той раскрепощенной девчонки, какой она была всего-то полчаса назад, осталось очень мало.

– У меня имеется договоренность с одной охранной фирмой. Я им хорошо заплачу... Они просто не пустят Авдеева и его людей, вот и все!

Лида подошла к зеркалу и принялась губной помадой подправлять губы, восстанавливая помятую красоту.

Женщины умеют преображаться.

– Почему ты предложил мне стать твоим замом? – повернулась Лидия.

Надо полагать, что продолжения не предвидится, а потому пора подниматься.

– Во-первых, ты умная, во-вторых, красивая, мужики это ценят... А в-третьих, я тебе доверяю, и мы обязательно сделаем то, что запланировали.

Гальченко надел брюки.

– А если все-таки не получится?

– Не думаю, что он нас за это убьет. Самое большее, что он сделает, так это разделит наш бизнес.

В итоге каждый из нас будет иметь свою долю. В проигрыше я не останусь, собственно, как и он... Так что если не получится, я просто возьму тебя к себе и будем рулить на пару.

– А как же Мартынов? Говорят, он пошел против Ефимцева, и за это тот его убрал.

Роман нахмурился. С Мартыновым действительно произошла какая-то темная история, но о худшем думать не хотелось. Все-таки Ефимцев не тот человек, чтобы подписываться на мокруху.

– Я в курсе всего этого. Не думаю, что здесь замешан Ефимцев. Я читал все эти милицейские отчеты.

Фамилия Ефимцева там не фигурирует.

– Но не странно ли, что Мартынов переписывает все свое состояние на Ефимцева, а потом вдруг неожиданно погибает?

– Со стороны это может показаться и странно. Но зачем Ефимцеву убивать Мартынова, если он у него и так все отнял?

– Тоже верно... Но зачем же он отнял у него его долю?

– Считаю, забрал за дело. Кому же понравится, когда твои деньги перекачивают куда-то на сторону? Неправильно себя повел, вот за это и поплатился.

Одевшись, Лида стала выглядеть строгой и недосягаемой. Трудно было поверить, что каких-то пятнадцать минут назад она была раскованной настолько, насколько это возможно между мужчиной и женщиной.

Открытое лицо не хранило даже отпечатка греха, такое впечатление, что она поднялась не с кровати, а вышла из процедурного кабинета.

– А знаешь, почему я согласилась на твои уговоры?

– Уж больно ты мужик красивый.

– Ладно, скажешь тоже, – отмахнулся Гальченко. – Когда мы с тобой встретимся в следующий раз?

– Когда позовешь. Ну, я пошла, – поцеловав Романа в щеку, она направилась к двери.