Он слишком погружен в рутину, чтобы его мысли могли течь по новому руслу. Он толковый парень, этот Дорсет, и работает добросовестно, но грубоват. В отличие от лейтенанта Трэгга – скользкого, как уж, и гладкого, как шелк. Вот его мозг всегда может заработать в ином направлении.

Снова открылась дверь дома. На этот раз сержант не стал пользоваться услугами полицейского, а крикнул сам:

– Эй, вы, оба! Прошу сюда! Мне нужно потолковать с вами.

Мейсон тихо сказал Дрейку:

– Если они начнут приставать к тебе, демонстративно уходи, садись в машину и погляди, что там за углом.

Осмотри улицу, порасспрашивай мальчишек-газетчиков, знакомых, если найдешь, поставь им выпить – в общем, попытайся узнать все, что можно.

– Это трудно сделать так, чтобы не заметили газетчики, – ответил Дрейк.

– Поспешите, джентльмены, поспешите! – крикнул сержант Дорсет. – Мне нужно поговорить с вами, хотя история довольно тривиальная – всего-навсего убийство.

– А не самоубийство? – спросил Мейсон, поднимаясь по ступенькам портала.

– А что в таком случае он сделал с револьвером? – вопросом на вопрос ответил Дорсет.

– Я даже не знаю, от чего он умер.

– Не похоже. А что здесь делает Дрейк?

– Да так, присматривается, что к чему.

– Почему вы решили сюда наведаться? – неожиданно спросил сержант Дрейка.

– Я попросил Салли Медисон позвонить одновременно в полицию и Дрейку, – ответил за Дрейка Мейсон.

– Что? – резко спросил Дрейк. – Кто звонил в полицию?

– А я думал, его жена.

– Нет. Его жена была на грани истерики. Звонила Салли Медисон.

– А для чего вам понадобился Дрейк?

– Вызвал его на помощь.

– Чтобы он осмотрелся здесь. Может, обнаружит что-нибудь любопытное.

– К чему это? Вы представляете чьи-либо интересы?

– В противном случае я бы не явился к Фолкнеру в столь поздний час.

– А что вы скажете о некоем Стаунтоне, у которого находятся украденные рыбки?

– Он заявляет, что тот сам дал их ему на хранение.

– Фолкнер официально заявил полиции, что они украдены.

– И говорят, вы были здесь, когда Фолкнер сделал это заявление.

– Совершенно верно. Дрейк тоже был здесь.

– Ну, ладно. А что вы сами думаете об этом? Украдены рыбки или нет?

– Не знаю, сержант. Я никогда не имел дело с золотыми рыбками.

– Какое это имеет значение?

– Может быть, никакого, а может, и огромное.

– Боюсь, я вас не понимаю.

– Предположим, кто-то стоял на стуле с половником в руке, к которому была прикреплена палка четырехфутовой длины, и пытался извлечь рыбок на поверхность, чтобы потом поймать их и бросить в ведро. Следует учесть, что высота аквариума четыре фута.

– Я все еще не совсем понимаю вас, – удивленно заметил сержант Дорсет. – Какое это может иметь значение?

– Может быть, никакого, а может, и огромное, – повторил Мейсон.