Выйдя из дома Стаунтонов, я сразу же направилась в вашу контору, но ночной дежурный сказал мне, что вас уже нет и что он не знает, где вас найти. Тогда я вспомнила, что вашу секретаршу зовут Делла Стрит, но не смогла найти ее номера в телефонной книге. Потом я припомнила, что мистер Дрейк является шефом детективного агентства, снова открыла телефонную книгу и нашла его номер. Я позвонила туда, но ночной дежурный сказал, что Дрейка нет на месте, но он имеет обыкновение заглядывать в контору, прежде чем уехать домой на ночь. Он предложил, чтобы я оставила ему свой номер телефона, и, если мистер Дрейк зайдет в агентство, он передаст ему мою просьбу.

– И вы никому больше ничего не говорили?

– Нет. Я даже мистеру Дрейку ничего не рассказала. Я решила, что мне в первую очередь нужно связаться с вами.

– Почему вы ничего не рассказали Тому Гридли?

– Потому что он и без того очень расстроен. И чувствует себя неважно. У него каждый вечер поднимается температура. Понимаете, мистер Фолкнер слишком сурово обошелся с ним.

– Он приостановил выплату денег по счету?

– Не совсем так. Он сказал, что меня арестуют в ту самую минуту, когда я предъявлю чек к оплате, поскольку я заполучила от него этот чек обманным путем.

И заявил также, что Том сделал свое открытие, находясь на службе у Раулинса, и, значит, это открытие является собственностью Раулинса, которую он, Фолкнер, уже купил.

– Он действительно купил все дело Раулинса?

– К сожалению, да. Купил все за две тысячи долларов, но договорился с ним, что тот будет получать от Фолкнера жалованье. Мне кажется, никто не любит мистера Фолкнера. Живет по своим правилам и слишком много мнит о себе. Думает, что закон законом, а бизнес бизнесом.

Он, наверное, искренне считает, что Том слишком многого хочет, а я его граблю.

– Он предложил вам свои условия?

– Том дает ему рецепт своего лекарства, а я возвращаю чек на пять тысяч долларов. Кроме того, Том должен продолжать работать в течение года у него в зоомагазине, получая то же жалованье, и знакомить его с составами всех новых лекарств, которые он изобретет в будущем. За это он обещает Тому, помимо жалованья, выдать наличными семьсот пятьдесят долларов.

– Великодушно, не правда ли? – сказал Мейсон.

 – А Том, не имея доходов, не может уволиться, так ведь?

– В том-то и дело! И это бесит меня больше всего. Если Том проработает в этом зоомагазине хотя бы еще год, имея дело с химическими реактивами, ему потом не поможет никакое лечение.

– И Фолкнер не хочет пойти навстречу?

– Видимо, нет. Он считает, что Том может наслаждаться свежим воздухом и солнцем во время уик-эндов, а если мистер Гридли так тяжело болен, он вправе не принимать предложения, это его личное дело, Фолкнера это не интересует.