Меня вот в свое время Торну передали, как единственному в семье Творцу-без-Границ. Ну а годам к ста пятидесяти — двумстам можно уже и в Академию записывать. К тому времени ребенок будет достаточно подготовлен, чтобы не попасть в простейшие ловушки эдемских интриганов. Нет, кто-то все равно попадает, конечно. Но в основном те, кто либо не был достаточно внимателен при обучении, либо просто-напросто глуп. В общем, естественный отбор в действии.

Вот только Земля — мир уникальный. И Лейне, насколько я помню, в момент нашего знакомства было всего двадцать четыре года.

И, по ее собственным словам, она для своей родины вовсе не уникум, а самый обычный обыватель. Так что тех, кто сочтет «совершеннолетних» землян наивными детьми, которых можно поманить сладкими речами и пустыми обещаниями, ждет крайне неприятный сюрприз.

— И все же не вижу необходимости в таких ограничениях, — нахмурилась Тиль. Ну да, она-то с Лейной познакомилась куда ближе Дарина. А может, у нее, как у Творца-без-Границ, просто интуиция на гадости чувствительнее.

— Нормальные ограничения, — удивленно пожал плечами мой дядя.

 — Я бы даже поднял возраст хотя бы до стандартных пятидесяти лет. Все же двадцать — совсем еще дети. Или вы совсем грудничков планировали у матерей отнимать? Так там же еще даже толком не ясно — какого уровня Дар, да и скандалы были бы гарантированы. Кто же отдаст в обучение посторонним такого маленького ребенка?

Тиль поморщилась. Нет, все окружающие прекрасно понимали, что спрашивать родителей никто особо и не собирался. Вот только озвучить это… Все же практики интриг у Демиурга Лареллы маловато. А Дарин по какой-то непонятной мне пока причине отдал право ведения переговоров именно ей, предпочитая больше отмалчиваться.

Впрочем, насколько я успел понять, его скорее интересует месть врагам, нежели воспитание достойных преемников.

— Совет Тринадцати?.. — вопросительно протянул предмет моего размышления, сверкнув нереально бирюзовыми глазами. Ну вот, что я говорил?

— Как деликатно выражается мой младший сын, идет лесом, — хмыкнул отец Лейны. — Дарить им такие возможности никто не собирается.

— Вряд ли им понравится, что столь лакомый и уже поделенный кусок уплывает из их рук…

— Ничего, переживут, — отрезал Торн.

 — И именно для этого мне и нужно, чтобы Тиллиринель заявила права на место в Совете. Она Творец-без-Границ, не преступница… а то, что отшельница, — ее личное дело. Лишний голос нам не помешает.

— Но и не сильно поможет, — поморщилась Тиль. Идея вступить в Совет и на каждом собрании любоваться самодовольной рожей его Главы явно не прельщала Творца Лареллы.

— Никто не заставляет тебя там появляться, — спокойно, но явно не в первый раз пояснил Торн.