Но тут, словно зловредный домовой, призванный испортить мне день окончательно, появился Дирк, мой верный, но вечно приносящий дурные вести управляющий. Его массивная фигура заполнила дверной проем гостиной на первом этаже, куда я перебралась с книгой, надеясь на покой.

– Госпожа, – прогудел он басовито, опускаясь в кресло напротив меня с таким скрипом, что казалось, дуб вот-вот разойдется по швам. Его лицо было озабоченным, под глазами синели круги. – Беда. В деревнях нечисть разгулялась вовсю, балует почем зря. Надо бы ведьм вызывать, поскорее. Пусть поколдуют как следует, успокоят и домовых наших, и анчуток с кикиморами. И прочих тварей лесных да болотных, кои в смутное это время из щелей лезут.

– Так сильно балует? – недоверчиво уточнила я, удивленно приподняв брови и отложив книгу. – И что ей, собственно, неймется? Обычно же обходится мелкими пакостями – сметану слижет, пряжу спутает…

– Дык, время-то какое, госпожа! – простодушно, но с оттенком суеверного страха в голосе ответил Дирк. – Перед самым Оттирком всегда так. Духи земные да подземные силу набирают, шалят, людей пужают. Народ-то у нас темный, верит крепко.

Оттирк? Я с усилием заставила память работать. Ах, да! Этот странный местный праздник, аналог Хэллоуина, но отмечаемый в самый разгар лета, когда ночи коротки, а тени – густы и таинственны. Считалось, что в канун Оттирка граница между миром живых и миром духов, нечисти и забытых божков, истончается до предела. И тогда даже самые смелые или отчаянные крестьяне не рисковали выходить из дома после заката солнца. Ходили мрачные легенды, что тем, кто осмелится нарушить этот запрет, нечисть не просто навредит – она душу подменит. Или вовсе душу вынет, оставив пустую оболочку, которая к утру обратится в прах. Как именно это происходило – никто толком объяснить не мог, да и не стремился. Страх был сильнее любопытства.

Ритуалы же, призванные защитить дом и семью в Оттирк, были просты, суеверны и передавались из поколения в поколение:

– Оттирк… – протянула я, потирая виски, где снова застучало. – Совсем забыла, что он уже близко. Ну что ж, Дирк, раз уж нечисть так разбуянилась, видимо, без бабок-шептуний не обойтись. Вызови самых толковых из соседней деревни. Пусть едут, колдуют, успокаивают кого надо. Только смотри, чтобы цены заламывать не смели. И чтобы обряды провели как положено, без обмана. Нам лишних проблем накануне Оттирка не нужно.

– Слушаюсь, госпожа, – кивнул Дирк, заметно оживившись, и тяжело поднялся из кресла. – Сейчас же распоряжусь.

Он ушел, а я осталась. С головной болью и проблемами.

Чтобы избавиться от навязчивых мыслей о Ричарде, его дерзком поцелуе и материнских упреках, я с головой погрузилась в рутину замковых дел.