— Жду, жду, смотрю пятнадцать минут лишних — думаю что-то не так! — он глянул на наручные часы, будто сверяясь. — Волнуюсь, понимаете ли!

— График, Сань, в данном случае — штука крайне условная. И вообще, претензии не ко мне — к его, так сказать, высокопревосходительству, князю Козельскому. Залазь, давай, как раз ему все это прямо выскажешь, — я заметил, что он оглядывается на «Рысака», по-прежнему неисправному, стоявшему посреди дороги, и добавил: — Про эрмик не думай — слишком мелкая проблема, чтоб на нее тратить даже лишний взгляд.

Я вернулся в рубку и когда за мной вошел Растопин, сказал, указывая на пленников:

— Видишь, тут вышло несколько иначе — добавилось несколько пассажиров, а ты мне про время на часах.

Поскольку пассажиры лишние, мы сейчас маршрут изменим — полетим в Шалаши. Этих двоих сдадим вашему Самгину — Геннадий Степанович прислал еще подкрепление, — видя, что «серый» пришел в себя и открыл глаза, я наклонился к нему и произнес: — Очнулся, охуевший? Привет от Рубича. Ведь я предупреждал, что могу кости сломать. Здоровый ты бык, но такой тупой! То к какому-то Замалееву меня посылаешь, то «сложить» пытаешься. Теперь лежи, не дергайся. Иначе я снова объясню тебе новую имперскую политику!

Серый, испуганно глядя на меня, застонал: то ли у него в самом деле случились переломы, то ли от диссонанса восприятия: как не слишком крепкой наружности юноша мог с ним такое сделать.

— Ваше сиятельство, если они связанные, я сам с ними справлюсь. Зачем подкрепление? — Растопин наклонился над магом, повернул его, проверил, насколько надежно стянуты руки.

— Затем, Сань. Тот которого ты сейчас нянькаешь — маг. У меня нет времени проверять его способности.

Вдруг у него ментал сильный? Вставит тебе в голову не те мысли, и проблем потом не оберешься, — пояснил я, устраиваясь в пилотском кресле. — Торопов в подкрепление должен был своего мага прислать — лишним не будет.

Я положил руку на фигурный рычажок тяги, слегка потянул на себя и генераторы запели на высокой частоте песню силы — «Эльза» мигом набрала высоту. Дала крен, закладывая крутой вираж. Прошло менее пяти минут, и мы опустились перед старым ангаром на условленной точке встречи.

Здесь я уже был вынужден поторопиться. Что делать с неожиданными пленниками до моего возвращения, объяснять не стал — пусть думает Самгин, в у меня других проблем ворох.

И хотелось поскорее добраться до Ведомства на улице Белоглинной, потому как разрыв между вылетом князя Козельского и прилетом к месту его высочайшей службы не мог быть подозрительно долгим.

Я даже не стал покидать пилотское кресло, просто развернулся навстречу Алексею Самгину и еще незнакомому мне плечистому парню — их в рубку впустил Растопин.

— Забирай, Леш. И скажи спасибо, что только двое.