Что она в задрипаной халупе дрожит, доедая последние корки, ходит и побирается с несчастным видом или торгует телом в подворотнях. С чего вдруг взял, что жизнь её кончена?

Почему мы, мужики, бросая женщин, так думаем? А ведь после слов Гилинга подобные мысли и посещали меня. Вдобавок, магия вне закона должна была её добить.

А у магички, оказывается, всё хорошо. Просто она перестала уделять внимание некоторым ненужным ей вещам. Хорошим шмоткам например. Синей краске на волосах. Быть может, и мужчинам.

Всю себя отдаёт делу. И самое главное, девушка счастлива.

По ней же видно, что сияет вся при виде своих обузданных молний.

Поднялись на пятый этаж, связкой зазвенела ключей. Похоже, она их переместила с первого этажа магически. Ну плутовка, некоторые магические привычки так просто не вывезти.

Открыла, вошла первой, щёлкнула что — то на стене, и по трубкам на потолке побежали искорки.

— Смотрите, сэр Кристофер, как чудесно, — прокомментировала воодушевлённо. — Вы покрутили педали, и даровали этому месту свет.

— Впечатляет, — выпалил и шагнул следом с сердцем, набирающим обороты вдруг!

От ностальгии дыхание перехватило.

Стены из кирпича в стиле лофт, полочки с несметным количеством различного мелкого барахла, столешница рабочая со стамесками и прочими станками. Те самые конфорки с паяльниками и куча инструмента. Трубки из стекла, идущие по потолку в проём той самой комнаты без двери, где тогда она переодевалась, одаривая меня волшебством воровато — сладких юношеских ощущений. И теперь Ольви поспешила туда!

— Присядьте где удобно, сэр, — выпалила попутно. — Я быстро.

Усаживаюсь на стул, где в прошлый раз и сидел, когда она сдирала с меня штанишки, потому что жарко было.

Вероятно, как раз котельная раньше хреначила и грела.

Теперь не так топят. Я бы сказал, даже прохладно на этаже.

Слышу, возится с одеждой, резинка по телу щёлкнула, трусики, похоже, надела. Хочется подсмотреть, но держусь из последних сил.

Важнее дело, а потом уже флирт. Если спугну её своими выкрутасами — это будет провал всей операции, за которую отдали жизнь и наши солдаты, и две воительницы, и обычные люди, попавшие под раздачу, пока мы сюда шли.

А получается, дошёл, и снова думаю о пизде.

Может, хватит, Крис?

Возвращается довольно быстро. Шикарной формы спортивные ноги и торчащая попа обтянуты синими лосинами, сверху свободная серая кофта, судя по синим лямках на плечиках, там ещё и топик. Эх!

У Ольви глазища сияют, щёки горят.

— Давайте посмотрим более внимательно на вашу вещицу, — говорит, подсаживаясь перпендикулярно к столу.

Перемещает браслет магически совершенно непринуждённо. Вероятно, увидев меня голым, не боится теперь, что сдам.