— Будешь?

— Конечно, буду, — посмотрел на Пашу, который с удовольствием уплетал бутерброд и закусывал огурцом.

— Все нормально? — заметила некую растерянность в его глазах.

— Да, нормально. Работа… Не успел сойти на землю, как началось.

— Но… — как-то замялась, — ты ведь не поедешь на работу сегодня?

— Нет, Лиз, — скорее подошел к ней, прижал к себе и уткнулся носом в горячую шею. Вот так гораздо лучше, так просто идеально, так должно быть всегда. А уж когда ощутил ее руки на своей пояснице, то и вовсе расслабился.

После легкого перекуса все отправились изучать дом.

И первым делом Соколов повел Лизу с сыном на второй этаж, чтобы показать их комнаты.

— Думаю, эта будет Пашкина, — открыл дверь и впустил их внутрь. — Здесь светло и места много, можно организовать полноценную детскую. Своя ванная, опять же.

— Да, здорово, — прошлась по комнате. Сейчас это была обычная гостевая спальня с большой кроватью, массивным комодом и парой кресел. Но места действительно много, квадратов тридцать пять, если не сорок.

— А там наша спальня, — указал на дверь напротив. — Идем, — и потащил Лизу за собой.

Хозяйская спальня оказалась чуть меньше гостевой, но тоже просторная, на четыре окна и видом на пологие желто-оранжевые холмы, за которыми темнела кромка леса.

— Если хочешь, можешь все тут изменить, — подошел к ней со спины, обнял, — цвета, мебель, расстановку. Твори под себя.

— Спасибо, — никак не могла оторвать взгляда от тех самых холмов. — Только, Паша не привык спать в отдельной комнате, так что, первое время я буду с ним.

— А спорим, он быстро привыкнет? — развернул Лизу к себе лицом. — Или ты снова ищешь повод, чтобы оттолкнуть от себя? Если не готова делить со мной постель, скажи, и я засуну свои желания куда поглубже, переключусь в режим ожидания.

Только не юли, не ищи ты эти поводы, говори сразу, как есть.

— Жень, — вдруг коснулась пальцами его губ, закусив при этом свои, прикрыла глаза и медленно вдохнула, а на выдохе произнесла, — мне тяжело. Все слишком быстро происходит. Такое чувство, будто ты намеренно торопишься куда-то, зачем-то спешишь. Потом, то злишься, то наоборот, становишься непривычно сговорчивым и снова злишься. Я не понимаю тебя.

Хотя, я никогда и не понимала особо. Всегда между нами присутствовала стена, за которую мне хода не было, так и сейчас. Ты требуешь прямоты от меня, притом сам будто что-то недоговариваешь.

— Я просто не знаю, как правильно подобраться к тебе, — усмехнулся, но ее прикосновение уже разбудило желание, в паху тут же заныло, в горле пересохло. Жаль сейчас не вечер. — Что говорить, чтобы не обидеть. У меня хреновый характер, знаю, и я не замечаю полутонов, хотя вся жизнь, получается, только из них и состоит.