Пилот-то жив в итоге? — спросил у Соколова.

— Жив, жив. Мой брат нашел его в той самой клинике.

— Все ещё. Но уже завтра к нему прилетит один из лучших нейрохирургов, будут разбираться, в чем дело. Если понадобится, переправим в Москву.

— Оперативно, — кивнул Семен.

Еще через час все сытые и частично довольные отправились на улицу. А Лиза осталась дома. За столом ей хватило косых взглядов Соколова. Он даже вилку держал с такой силой, что та слегка погнулась. Странно, раньше он подобными приступами ревности не отличался. С другой стороны, зачем ему было ревновать, когда женщины сами падали в руки.

Но терзало сердце вовсе не это. Терзало то, что вечером ей предстоит рассказать Паше правду об отце. И хоть сама она была уверена в том, что ее малыш еще слишком мал и наверняка ничего не поймет, тем не менее, душа болела.

Семен Аркадьевич провел гостей по участку, показал, что где обновил, что где пристроил, особенно остановился на ветряной электростанции. А Евгений в это время отправился с Пашей в песочницу, что позволило Александру выгадать момент, когда Лиза будет одна.

— У вас очень хороший дом, — нашел её в гостиной.

— Это благодаря отцу. Раньше, как он говорит, здесь было худое гнездо. Теперь вот…

— Мой отец постоянно вспоминает Семена Аркадьевича, рассказывает, как они работали вместе, какие сложные заказы выполняли. Оно и видно, здесь многолетний опыт и талант. А ванна, ну просто нет слов.

— Все, кто здесь оказывались впервые, первым делом отмечали её.

— Но меня удивляет, как вы тут одни справляетесь… да еще с маленьким ребенком.

— Ко всему можно привыкнуть, особенно, когда другого варианта и нет. А спустя годы просто перестаешь замечать то, что поначалу казалось неудобным или непривычным.

Тем более папа постарался сделать всё, чтобы нам жилось комфортно.

— Да уж… — сел на диван, еще раз огляделся. — Лиза? — резко перевел на нее взгляд. — Я могу позвонить вам?

— Скажите, Александр, а мне кажется или ваш визит сюда носит неслучайный характер? — улыбнулась.

— Ну, — тоже улыбнулся, — пятьдесят на пятьдесят. Если честно, отец мне все уши прожужжал о вас. Я, конечно, не сторонник всего этого сводничества, причем так и сказал ему, а он возьми и покажи мне ваше фото.

— И вот я здесь, и надеюсь, что хоть чуть-чуть вам понравился, и что могу рассчитывать на дальнейшее знакомство.

Простите, что так, может быть, сухо и нелепо, но я… для меня всю жизнь проблема подобрать правильные слова и составить из них красивое предложение.

— Был бы рад, если бы мы перешли на «ты». В конце концов, наши отцы в давней дружбе.

— Здорово, — ответил на выдохе. — Так, я могу?

— А тебя не пугает тот факт, что у меня есть ребенок? И что я, скажем так, девушка из глубинки.

— Вдвойне смелый, — откинулась на спинку кресла.