Прощаясь, обнялись, и я не почувствовала ни малейшего запаха алкоголя.

Стерхова опустила голову:

– У вас очень душно.

Марина встала из-за стола и приоткрыла окно.

– Они уехали утром, а вечером я позвонила им на городской телефон, но мне никто не ответил.

– Как насчет мобильников?

– Ни у Виктора, ни у Юли их не было.

– Тем же вечером мы с папой сели в машину и отправились в Урутин. Ехали по трассе и смотрели по сторонам: вдруг на обочине или в лесу заметим машину?

– Машины там не оказалось, – подытожила Анна. – Что в Урутине?

– В квартире брата никого не было, и мы поехали в госпиталь. Нам сказали, что Виктор не заступил на дежурство. Не возражаете, если я закурю? – Марина подошла к старинному буфету, открыла витражную створку и достала пачку сигарет. Она щелкнула зажигалкой, прикурила и, обернувшись, спросила: – Вы не хотите?

– Я не курю, – ответила Анна и, не делая паузы, продолжила: – Когда вы поняли, что случилась беда?

– В доме у родителей, когда не смогла дозвониться.

– А когда обратились в полицию?

– Тем же вечером. Заявление у нас, конечно, не приняли – велели ждать трое суток. Но я своего добилась.

– Вы меня удивили, – заметила Стерхова. – И что же вы сделали?

– Написала заявление об угоне автомобиля.

– Что-то не понимаю…

– Сейчас объясню. – Марина взяла пепельницу и возвратилась к окну. Затянулась, выдохнула, и дым ее сигареты запутался в складках тюля. Потом снова заговорила: – Тем утром машина Виктора почему-то не завелась, и я одолжила ему свою.

– Сколько лет вам было в ту пору? – спросила Анна.

– Девятнадцать. Машину, подержанный «жигуленок», мне подарил отец.

– Значит, семья брата уехала на вашей машине?

– Совершенно верно. Именно это позволило написать заявление об угоне и заставить милицию действовать.

– Ага… – Стерхова одобрительно качнула головой. – Очень хороший ход. И что из этого вышло?

– В дежурной части нам сообщили, что патрульные экипажи начали поиск.

– Не думаю, что это оказалось решающим, – заметила Анна.

– Вы правы, – согласилась Марина. – Машину никогда бы не нашли, если бы не отец. Утром он позвонил командиру воинской части, и тот поднял в воздух вертолет. С высоты члены экипажа заметили под водой машину, сразу вызвали гаишников и сообщили в милицию. Те организовали подъем, но внутри машины был только брат. Юли и Танечки там не оказалось.

– Вы присутствовали при подъеме автомобиля?

– Присутствовала, но помню об этом смутно. Отцу стало плохо, и я была с ним.

Стерхова представила себе подвешенный на тросах «жигуль», из которого льется вода, а на переднем сиденье, привалившись к рулю, сидит утонувший Виктор Савельев.

– Брат был пристегнут?

– Кажется, да, – засомневавшись, подтвердила Марина.

Значит, все так и было.