— Мне самому по горам бегать? — удивленно вскинулся Дик.

— А почему бы и нет!

— Ты ничего не попутал?

— Я?! — Стас дернулся, но сам же себя и осадил.

— Роберта больше нет, а его слово осталось. Теперь оно за Яной.

— А чего так скромно? — скривился Стас. — Так и скажи, за тобой слово!

— И за мной тоже!

— А это сход решит, за кем слово!

— Какой сход? — Дик пристально смотрел на Стаса. — Сход уже давно ничего не решает. Все чисто на Роберта было завязано… Э-э, что-то рано мы об этом заговорили.

— О чем болит, о том и говоришь!

— Стас, я тебя уважаю, но ты на поворотах тормози, а то занесет ненароком!

— Ты мне угрожаешь?

— Э-э, чо за дела, братва! — встрял в разговор Кармаль.

 — Такое горе, а у вас грызня. Я не знаю, решает там сход что-то или нет, но собраться надо, — сказал он, с осуждением глянув на Дика.

— Так никто и не против, — хищно усмехнулся тот. — Сегодня в доме у Роберта и соберемся. Узнать надо, как это так вышло, что Роберта больше нет. И как жить дальше, обсудим. Сегодня у Роберта в половине девятого!

— Так люди в работе, — Стас кивнул на гору, с которой спустился убийца."

"Поиски там шли, останавливать их нежелательно.

— Какая работа? Прощелкал ты свою работу! Все равно ничего не найдешь!.. Короче, в половине девятого! — поворачиваясь к Стасу спиной, через плечо бросил Дик. — У Роберта!

— В полдевятого! — повторила Яна и последовала за своим мужем.

Она почувствовала, как Стас вонзил ей в спину острый взгляд. Похоже, он метил на место отца, но Дик с Яной ему очень в этом мешали. Но так и она хочет стать президентом страны, да место уже занято.

Дик сам сел за руль. Яна думала, что он сорвет машину с места, не дожидаясь ее, поэтому поторопилась присоединиться к нему.

Супруг действительно рванул с места в карьер. А дорога извилистая, опасная, чуть зевнул, и все — или в поворот не впишешься, или навстречу под «КамАЗ» выскочишь…

— Вот урод! — сквозь зубы процедил Дик. — Сам, падла, Роберта подставил, а нам вправляет! Ты хоть понимаешь, что происходит?

— Понимаю!

Яна очень хотела, чтобы он сбавил скорость, но не решалась попросить его об этом. Не хотела выказывать свою слабость. Сама обстановка требовала от нее мужества и решительности.

— Думаешь, подъедет братва?

— Если не подъедет, Стасу можно будет предъявить.

Отца не уберег, братву не собрал. Будет братва… Бли-ин! Я не могу!

Сначала Яна обжала пальцами виски, а когда из глаз хлынули слезы, закрыла руками лицо. И страх перед опасной дорогой куда-то делся.

В себя она пришла у отцовского дома. Но тут же снова из глаз брызнули слезы. На этот раз она сделала над собой усилие, взяла себя в руки. Она сильная женщина и вести себя должна соответствующе. Но глаза подкрашивать не стала. Пусть Роза видит, как горько она оплакивала своего отца.