— Омлет с сыром и ветчиной…

— Ты просто чудо! — Глеб поднялся, подошел к ней.

Она выпрямила спину как та кошка в ожидании ласки, на губах заиграла блудливая улыбка, но взгляд при этом не заискрился.

— Может, позавтракаешь со мной? — Он взглядом показал на стол.

— Как скажете… — кокетливо улыбнулась она.

Аллочка ушла и через минуту вернулась с подносом. Сыр, йогурт, какао — и больше ничего. Или она уже позавтракала, или у нее диета.

Глеб вырос в деревне, есть с ножа и вилки его там не научили. И в армии такие премудрости в список обязательных дисциплин не входили, о приисках и говорить нечего, но в грязь лицом он не ударил. И салфетку на колени постелил, и нож взял в правую руку, и кусочек с вилки отправил в рот, не опуская головы. Хотя при этом он очень напрягался и даже пожалел о том, что не позволил Аллочке уйти.

— Вкусный омлет, — стараясь держаться раскованно, похвалил он.

— Старалась! — мило улыбнулась девушка.

— Вчера тебя не было, — как бы невзначай заметил он.

— Так это, у меня отгул был. Рудольф Автандилович разрешил.

— А где Рудольф Автандилович?

— Ну, мне очень надо было… — Аллочка посмотрела на него виновато, но без раскаяния. — Да и с вами не ясно было, где вы, когда будете…

— Здесь я. И теперь я твой начальник.

— Да, я знаю! — закивала девушка. — Мне уже сказали. Вы же видите, я уже здесь!

— С Казаяном долго работала?

— Два года. И всю кухню здесь знаю, если там что-то подсказать надо, ты не стесняйся, спрашивай.

Аллочка перешла вдруг на «ты», но Глеб сделал вид, что не заметил этого. Неважно, как она будет к нему обращаться, главное, чтобы работала хорошо и на голову не садилась.

Да и разница в возрасте у них небольшая. Если она младше его, то не больше чем на год-два.

— Рудольф Автандилович далеко уехал?

Глеб хотел, чтобы Казаян исчез из этих краев надолго, а еще лучше — навсегда. Рудольф Автандилович знал о золоте, и это его напрягало. Если Роберт узнает, чем расплатился Глеб, он станет наводить о нем справки по своим каналам, как бы тогда хозяева золотых приисков на него не вышли.

— Далеко, — кивнула Аллочка. — В Италию. Там у него дом. Семью он туда еще летом отправил. Ну, как только все это началось…

— Что началось?

— Проблемы с братвой… — Она посмотрела на Глеба выразительно и с сожалением.

Дескать, кота в мешке он купил. Сбежит этот кот, ничего не останется.

— Я в курсе, что там за проблемы.

— Рудольф тоже был в курсе, поэтому сбежал. Дом сразу продал, а с клубом не заладилось… Через Москву продавал, там на продажу выставил, а здесь нельзя, здесь бы его сразу вычислили. А ты, значит, из Москвы?

— В какой-то степени, — покачал головой Глеб.

— А я смотрю, номера у тебя омские.

Проезд к морю через набережную был закрыт, но Глеб все-таки проехал и загнал машину во двор клуба.