С четвертого этажа спускались молодые ребята, очевидно, выпускники девяностых годов. Они что-то весело обсуждали. Дронго заметил среди спускавшихся Аббасова.

— Я думал, вы закончили школу в восемьдесят пятом, — сказал он, столкнувшись с Раисом.

— Верно, — кивнул тот, — я поднялся наверх, чтобы проследить за своей племянницей. Она закончила нашу школу на двенадцать лет позже меня. Ее мать очень боялась отпускать девочку в школу одну. Девочка сейчас студентка нашего университета.

— Пришел Габышев? — спросил Дронго.

— Пришел, конечно. Уже в конференц-зале. По-моему, там половина девочек сходит из-за него с ума.

Можете пройти и посмотреть сами. Наши пошли туда, но Керимов попросил сначала спуститься на первый этаж и забрать свою верхнюю одежду из гардероба. Он считает, что нам лучше забрать одежду с собой и…

Он не договорил. Во всей школе неожиданно погас свет. Раздались чьи-то веселые крики, ребята дурачились, смеялись.

— Включите свет, — просило несколько голосов, но в общем гвалте их было не слышно.

— Это очень некстати, — услышал Дронго голос стоящего рядом Вейдеманиса.

Общий веселый беспорядок продолжался несколько минут, пока, наконец, свет не включили.

Дронго заметил, что Аббасова уже нет рядом с ними. Молодые люди весело обсуждали случившееся. Для двадцатилетних это был всего лишь веселый инцидент. Дронго и Вейдеманис начали спускаться вниз, когда к ним наконец пробился Курбанов. Он был очень бледен, глаза лихорадочно блестели.

— Идемте быстрее, — пробормотал он, — вас ждут.

— Что случилось? — спросил Дронго.

— Убийство, — негромко сообщил Курбанов, — произошло убийство.

— Кого? — спросил Дронго. — Кого убили?

— Прокурора, — выдохнул Курбанов, — теперь такое начнется…

Керимов лежал на полу с перерезанным горлом.

Самое страшное было то, что он лежал в туалете. Никто не мог понять, как он здесь оказался. Перед тем как потух свет, Керимов предложил спуститься вниз, на первый этаж, и вышел из класса. Все остальные держались вместе, стараясь никуда не отлучаться. Охрана на этажах уверяла, что не видела никого из посторонних и уж тем более человека с ножом. Однако многие видели, как Керимов спускался вниз. И неожиданно его нашли на третьем этаже с перерезанным горлом.

Ахмедов сидел перед убитым на корточках. Рядом стоял офицер полиции, что-то приговаривающий про себя.

— Какое несчастье, — услышал Дронго. Он протиснулся между полицейскими и любопытными к Ахмедову. Вейдеманиса не пустили, и он остался стоять в коридоре.

— Как это произошло? — спросил Дронго, остановившись рядом с Ахмедовым и глядя на убитого.

— Не знаю, — мрачно ответил тот, поднимаясь, — ничего не могу попять. Мы все сидели в классе. Он предложил забрать свои вещи из гардероба и первым вышел из класса.