Скажи, я выполняю свою часть договоренности?

- Я сегодня спал на коврике.

- Не преувеличивай.

- И готов делать это до тех пор, пока тебе не надоест меня мучить.

- Еще как мучаешь. Ты не представляешь, какое мучение спать одному на диване, зная, что ты в моей спальне. Не обнимать тебя, не целовать….  Но я это выдержу. Я на это подписался. 

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я, между прочим, тоже мучаюсь!

Мне очень хочется, чтобы Кир спал со мной. Просто спал. Я имею в виду именно это. В его объятиях так уютно засыпать… Я мечтаю об этом.

Но пока что этим мечтам не суждено осуществиться.

Потому что я знаю, что не выдержу. Если Кир будет со мной в одной постели… Мы вряд ли будем просто спать.

Все время, когда он рядом, я остро ощущаю его присутствие. Я кожей чувствую жар его тела и буквально держу себя за шкирку, чтобы не прижаться к нему…

Я стараюсь не думать ни о чем таком. Но это так трудно!

Вот и сейчас. Он стоит рядом. Не вплотную, а на расстоянии метра. И у меня такое ощущение, что его окружает магнитное поле, которое притягивает меня с бешеной силой.

Мне хочется придвинуться ближе. Еще ближе…

А  лучше - упасть в его объятия и сказать: “К черту все договоренности. Просто возьми меня на руки и отнеси в спальню…”

Я тряхнула головой, чтобы отогнать эту картинку. Это гормоны бушуют, не иначе!  Это они сводят меня с ума. 

Да, похоже, испытание будет не таким уж простым.

И мне будет ничуть не легче, чем Киру...

 Мы вместе готовим обед.

Как раньше. Но не совсем. Раньше все делала я, а Кир развлекал меня и путался под ногами. Порой он пытался помочь, но только все портил.

И я говорила ему: “Сиди и ничего не трогай”.

Теперь все наоборот. Кир руководит процессом: разделывает мясо, чистит картошку, командует, каким маслом заправлять салат…

Я слушаюсь. Сижу на высоком стуле, почти ничего не делаю. Так, овощи настругала и перемешала.

Когда я вскакиваю со стула, чтобы достать моцареллу, Кир говорит:

- Мне можно ходить, - усмехаюсь я. - И двигаться тоже никто не запрещал.

- Тебе нужно отдыхать и набираться сил.

Он посыпает мясо ароматными специями, переворачивает, трясет сковороду, чтобы оно лучше прожарилось…

А я не могу не любоваться его точными движениями, сосредоточенным лицом, на котором блуждает легкая улыбка и прорисованными бицепсами, которые напрягаются от его движений.

Кир всегда был красавчиком. Мечтой всех девчонок. И из всех он выбрал меня… Когда-то я этим невероятно гордилась. И любила его до потери сознания. Со всей силой первого, яркого и сумасшедшего чувства.

Я думала, что это чувство умерло. Похоронено вместе с юношеской наивностью и девичьими мечтами.