Я не знала, что делать с губами. Куда девать зубы и надо ли их куда-то девать. И руки… Где должны быть руки во время поцелуя?  

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍С опытным Киром я чувствовала себя крайне неуверенно. Я слишком волновалась и слишком много думала… Но только первые несколько секунд.

Потом меня просто смело ураганом.

И неважно было, где находятся руки. Я забыла про зубы и губы. Я просто растворилась в невероятных, сумасшедших, сносящих крышу ощущениях… 

Я открыла глаза. Вспомнила, где нахожусь и как сюда попала.

Но мысли о первом поцелуе не отпускали. И очень скоро я поняла, почему.

В моей комнате звучит музыка! Негромко, приглушенно и вкрадчиво. Та самая песня, под которую мы шесть лет назад гуляли по набережной. Она доносится… из беспроводной колонки, которая стоит на туалетном столике.

Апельсиновое мороженое. “Малыш”. Эта дурацкая песня...

Я поняла! Кир собирается напомнить мне прошлое. Все наши счастливые моменты. Таков его план. Думает, я все вспомню и растаю. Снова влюблюсь в него.

Так вот, он просчитался!

Я уже не та наивная девчонка, которая считает его идеалом и центром вселенной.

Я знаю, какой он на самом деле - самовлюбленный эгоист и манипулятор.

Но манипулировать мной он не сможет. Я ему этого не позволю!

На этой оптимистичной ноте я  вскочила, схватила колонку и выбросила ее в открытое окно.

- Дай телефон, - скомандовала я, заявившись в гостиную к Киру.

Он валялся на диване, среди простыней и подушек.

Я не пустила его на кухню завтракать со мной - нечего портить мне настроение с утра своей наглой рожей! Сварила себе кофе, сделала омлет и бутерброды с творожным сыром.

Попыталась насладиться едой, созерцая прекрасную природу за окном.

Но у меня так и не получилось расслабиться.

Я вся кипела. Меня подбрасывало на стуле от злости и возмущения. Что я буду делать тут целую неделю? Как я проживу без связи? Без телефона и интернета?

Да я просто с ума сойду!

Я пошла и потребовала у Кира свой телефон.

- Ты сейчас не хочешь звонить, - лениво произнес он, поднявшись с дивана.

Простыня сползла с него, он снова предстал передо мной в боксерах.

- Оденься! - буркнула я.

- Да чего ты там не видела? - отозвался он.

Да, я видела все! И не только видела. Но сейчас не хочу об этом вспоминать! И, уж тем более, лицезреть перед собой.

- Дай телефон! - повторила я.

- Ты хочешь побыть в тишине, - произнес Кир, потягиваясь и демонстрируя мне напряжение всех своих офигенных мышц. - Не желаешь ни с кем переписываться. Тебе нужен покой.

Я пулей вылетела из бунгало.

И несколько часов бродила по окрестностям, пытаясь слушать птичек и созерцать неподвижную воду озера.