Он рассказывал, как ему было противно во всём этом участвовать. И вообще, я шалава и не одному мужику отсосала, а он боялся заразиться от меня всякой дрянью, поэтому и бросил.

Начался буллинг. Меня полоскали в чате как могли. Обливали грязью. Коля подливал масла в огонь, рассказывая новые подробности нашего интима.

По щеке скатилась слезинка.

– Я не виновата, что я такая. Я не хочу быть такой, – всхлипнула я.

Решительно удалила всех одноклассников из друзей и закрыла свою страницу для посторонних.

После того, как я прочла чат, прошло три дня. Я будто впала в прострацию. Ничего не хотелось, даже двигаться. С трудом запихивала в себя завтрак, а обед и вовсе пропускала. Это было легко. Арсений обедал в кафе рядом с работой, а Марина к тому времени уже уходила.

Гуляла по двору, понурив голову, потом валялась на кровати, слушая музыку или смотря какой-то фильм. Я всё ещё не могла поверить, что парень, которого я любила, так жестоко поиздевался надо мной.

Я заметил, что девушка бродит по квартире как тень. Когда был дома и сидел в холле-гостиной, Полина проходила в туалет или душ, а потом возвращалась к себе.

Уже зная, в какое время я ужинаю, девушка садилась за стол на кухне. Лицо бледное, серые круги под глазами. Полина сидела и молчала. Потом вежливо благодарила за ужин и снова уходила к себе.

Также я заметил, что в течение трёх дней обед оставался нетронутым. Это мне не нравилось, и я собрался поговорить с Полей за ужином.

Как обычно, девушка не появилась на ужин. Я поднялся на второй этаж и постучал. Ответа не последовало. Тогда открыл дверь и вошёл. Полина лежала с наушниками в ушах и смотрела в потолок. Вырвал один наушник из её уха.

– Спускайся ужинать, – строго сказал я.

Полина посмотрела на меня пустым взглядом, вынув второй наушник.

– Спасибо, я не голодна, – тихо произнесла девушка.

– Послушай, девочка, ты сейчас встанешь и пойдёшь ужинать. Если нет, то я привяжу тебя к стулу и запихну всё в рот насильно. Живо на кухню, пока я не разозлился.

Я, как всегда, не повысил голос, но в нём было столько холода и власти, что девушка вздрогнула.

– Через минуту не увижу тебя на кухне, пеняй на себя, девочка. Меня просили за тобой присмотреть, а каким образом я должен это делать, не уточнили. Так что делай выводы.

Она встала и медленно поплелась на кухню впереди меня.

Сели за стол. На ужин было картофельное пюре и котлета. Марина готовит потрясающе, но я видел, что Поля снова насильно запихивает в себя еду.

Я видел, как она мучается. Нахмурился. Да, отец говорил, что у Поли началась депрессия, но он был неправ. Депрессия уже вовсю прогрессировала.

И чего её не показали психологу. А может, показывали да без толку. Хм, ситуация.

Вдруг раздался противный скрежет вилки о тарелку. Он разрезал тишину и неприятно ударил по ушам.