Он был всего на полголовы выше, но его строгий вид, несмотря на довольно простую одежду, вызывал опасения.

– Здравствуйте, вы Арсений, верно? – нерешительно спросила я.

– Арсений Михайлович и всегда только на «вы», – холодно произнёс мужчина.

Я посмотрела ему в глаза и невольно вздрогнула. Радужка была необычного стального цвета, а взгляд был такой строгий, что вызывал неконтролируемый ужас.

– Хорошо, поняла, – заикнулась я, а про себя подумала: «Не подружимся».

– Пойдём. У меня сломалась машина, поэтому придётся сначала заехать в автосервис. Потом уже отправимся в вуз.

Я развернулся и направился на выход. Девушка засеменила рядом. Сбавил шаг, наблюдая, чтобы она нигде не потерялась. Хотя отец и прислал номер её телефона, но за долгие годы я привык всё контролировать.

Когда подошли к ожидающему на стоянке такси, я сел на заднее сиденье автомобиля, а девушка открыла переднюю дверь.

– Рядом сядь, – сказал я, не повышая голоса, но с командными нотками.

Я понимал, что девушка и так меня почему-то испугалась, но не смог удержать в себе прирождённого доминанта. Впрочем, это было нестрашно. Полина должна сразу уяснить, что я тут главный.

Девушка села рядом и, закрыв дверь, отодвинулась от меня на максимально возможное расстояние. Потом уткнулась в окно и застыла, как восковая фигура.

Я наблюдал за ней и думал, что девушка очень красивая. Да, действительно, кукла Барби в живом её воплощении. Только, похоже, кукла сломана и сломлена. Чёрт, только этого не хватало для полного счастья. Кто же так постарался, сломать такую красивую игрушку? Несомненно, с Полей будет тяжело.

Стоит попробовать немного поиграть и починить девушку. Хотя если она юная бунтарка, то ничего не получится.

Я решил не заводить со своей подопечной разговор. Не стоило греть уши водителя. Вот когда пересядем в мою машину, можно осторожно прощупать почву.

Я сидела и пялилась в окно. Не понимала, почему испугалась этого мужика. Вроде не было в нём ничего такого, он даже приказал сесть рядом, не повышая голоса. Именно приказал, и в душе колыхнулось то, что я всеми силами пыталась забыть.

Коля тоже часто приказывал, не орал, но голос всё равно был на повышенных тонах. Я подчинялась, тогда ещё не понимая, что это доставляет мне наслаждение.

У Арсения голос был спокойный, но командные нотки остались. Таким же образом он попросил называть его только на «вы» и по имени-отчеству. Спокойный, но такой строгий, что нельзя было предсказать, что он сделает в следующий момент.

Коля был понятен и предсказуем. Вечно крикливый, гордый, себялюбивый, он не был человеком-загадкой, в отличие от этого мужчины. Я решила не нарываться и делать всё, что говорит Арсений, в разумных пределах, конечно. Мало ли что у него на уме.

В автосалоне сказали, что машина готова.