Ох, я тогда ругалась, потому что несмотря ни на что, нельзя опускаться до уровня этих людей, нужно быть выше.

— Нужно просто их лупасить по морде, чтобы они понимали, что к чему, вот и все. Вот и все. Он ведь первый начал, загораживал собой прекрасный вид на тебя, моя любовь.

Вот и все, кто тут будет спорить? Я привыкла к такому раскладу, стараюсь, правда стараюсь, сдерживать парня на поворотах, и во всем у нас вроде какое-никакое спокойствие, если бы не мое острое желание продолжать работать. Да, если сначала я умирала от тошноты, часто брала больничные, то сейчас я в относительном порядке и могу продолжать ходить на работу.

К тому же я веду ровно две группы. Группу своего мужа и четвертый курс, где учится Алан, ну как учится, он, конечно, делает очень занятой вид, но все мы в курсе, что клал он одно место на эту учебу. И это я говорю? Нахваталась словечек от своего порочного муженька, вот и мое оправдание.

Потом, после пар, Ала может завалиться к нам и сказать нечто вроде:

— Для родственников никаких поблажек, Васька?

И я с гордым видом отрицательно машу головой.

— Тут даже для мужа поблажек нет, так что мечтай, — хмыкает Рустам, после чего Алан начинает громко смеяться.

— Ты плохо просил, бро, — толкает моего мужа и порочно подмигивает. Все мы понимаем, о чем тут намекнул Агеев, но я лишь закатываю глаза и ухожу к себе.

Агеевы семейка та еще, отец Алана меня пугает до чертиков своими буквально черными глазами и полной молчаливостью, он только внимательно смотрит и сохраняет спокойствие. Я не видела, чтобы он улыбался или был взбешен. Полное спокойствие, хоть Алан частенько с ним ругается по телефону, применяя крепкие словечки. Это у них семейное.

А вот мама Алана нежнейшая женщина славянской внешности, и… когда она мне рассказала о том, как началась ее семейная жизнь, я поняла, что у нас с Рустамом была просто демо-версия завоевания. А там просто: пришел, увидел и забрал себе, т. е. украл.

— Рустам, — встаю и плавно двигаюсь к разъяренному мужу. — Ну давай я еще похожу на работу, осталось совсем чуть-чуть, я отчеты досдам, документацию заполню, наработки отдам новенькой и все. Это ровно неделя или две.

Мужчина поднимает глаза цвета всепоглощающей бездны и сжимает губы.

— Ты вчера и сегодня бледная, я хочу, чтобы моя жена и моя доченька не напрягались.

Я чего? Много хочу, Вась? Горошинка, а ну поддержки батю, — Рустам кладет руку на живот и мягко поглаживает, а потом опускается на колени и целует в район пупка. В такие моменты, как этот, я забываю, как дышать, и подобные вещи случаются очень часто. Я не понимаю, почему он именно так проявляет нежность, но, когда дело касается дочки…кое-кому сносит голову. Он мне сказал о том, что будет девочка на второй день, как узнал, что я беременная.