Так грозное оружие превратилось в тяжелую черную железную палицу, с которой оставалось разве что среди ночи грабить на дороге путников — вряд ли для него можно было найти лучшее применение.

Но когда Лянь Вэй закинул его на спину, то вспомнил прекрасное чувство тяжести железной брони и почувствовал себя гораздо лучше.

Много лет он гнил и толстел тут, в порту, но железная броня и белоснежный клинок настолько вошли в его плоть и кровь, что память о тех днях до сих пор жила в его сердце.

Огромная блокирующая формация драконов и невиданное чудище схлестнулись в море борт к борту.

Военные корабли Запада напоминали демонов и призраков, что воют посреди неистовой бури. Даже яростный шторм не остановил противника. Ветер сбивал с ног, а волны с шумом разбивались о берег, словно пытаясь поглотить сушу. Ни на секунду не замолкал артиллерийский огонь. Многочисленные военные корабли в мгновение ока погибали в захлестывающих небо волнах.

— Командир, боюсь наша блокада их не остановит!

— Командир, слишком много кораблей по левому флангу потонули, блокада...

— Дозорная башня, поберегитесь!

Огонь вырвался из артиллерийской установки подобно пламени дракона и даже ливший стеной дождь не охладил его жар: ослепляющий снаряд попал в дозорную башню и с громким "Бум!" взорвался.

Строение накренилось и медленно начало падать.

Огонь, горевший наверху несмотря на дождь и ветер, погас.

Лянь Вэй растолкал своих подчиненных, запрыгнул на палубу военного корабля и закричал:

— Не останавливать артиллерийский огонь! Раздуть огонь и запустить зажигательные стрелы байхун!

— Командир Лянь, в порту Дагу нельзя...

Лянь Вэй растолкал стоявших вокруг стрелы байхун подчиненных и с криком поднял снаряд весом свыше ста цзинь [7], раздул огонь, поджег стрелу и зарядил огромный лук.

Затем он яростно стряхнул с лица капли дождя и один двумя руками взвел прицел.

Первая горящая стрела, выпущенная из лука байхун, взмыла в небо. В воздухе железный хвост стрелы отвалился. Из-за цзылюцзиня она ускорилась подобно метеору и превратилась в пылающий факел. По касательной она задела флаг на мачте главного корабля Запада и продолжила падение в близлежащие воды.

Реявшие на ветру знамена Святейшего престола от силы удара разнесло во все стороны.

Но на этом стрела не остановилась, а врезалась прямо в напоминавший морское чудище корабль Запада, где воцарился полный хаос. И затем стрела взорвалась над морем яркими фейерверками.

Лянь Вэй раздосадованно застонал.

Без приказа Аньдинхоу Черный Железный Лагерь не отступил бы даже на полшага.

Донесение о нападении на порт Дагу прибыло той же ночью. Гу Юнь вместе с Тань Хунфэем и Хань Ци, главнокомандующим императорской гвардией, как раз заканчивали подготовку оборонительных укреплений в столице.