Я ответила без всякой опаски, но, когда услышала голос, едва не выронила трубку – со мной говорил человек в маске.

– Здравствуй, Саша. Не забыла обо мне?

– Нет. Что вам нужно?

– Как продвигается твое лечение? Говорят, ты уже хорошо ходишь?

– Какое это имеет значение? – хмуро поинтересовалась я.

– Самое прямое, – усмехнулся он. – Я предлагаю тебе рандеву. Ты была когда-нибудь в Петербурге?

Тон разговора понемногу ужесточался, в голосе звонившего все явственнее звучали угрожающие нотки.

– Кстати, как здоровье твоего мужа? Я слышал, он неудачно приземлился после своих упражнений и потянул связки на ноге?

И вот тут я совсем потеряла голову от страха.

Сегодня утром Сашка, выполняя свои обычные упражнения с шестом, после очередного прыжка попал ногой в небольшую канавку и довольно сильно растянул связки на правом голеностопе. Но как об этом мог узнать человек, не приближавшийся к нашему дому? Или приближавшийся все-таки? Кто из сотрудников службы безопасности работает в две стороны?

– Что ты молчишь, Саша?

– Спасибо, с ним все в порядке, – с трудом выдавила я и в ответ услышала смех:

– Но это легко исправить, ты ведь понимаешь? Откажешься лететь в Петербург – и все может измениться.

– Что я должна буду там делать? – хмуро спросила я, понимая, что проиграла этот раунд и вынуждена сдаваться.

– Вот это деловой разговор, – одобрил звонивший. – Встретишься с моим человеком завтра в кафе «Светелка», знаешь, где это?

– Знаю. Во сколько и как я его узнаю?

– Он сам тебя узнает.

Положив трубку, я надолго впала в оцепенение. Завтра мне придется ехать в город и общаться не пойми с кем на весьма щекотливую тему – ведь не Эрмитаж посмотреть меня туда отправляют.

.. Как же я ухитрилась так влипнуть-то?

Весь день я прослонялась по дому мрачнее тучи, грызла ноготь большого пальца и все думала и думала. От мыслей хотелось сойти с ума. Снова нагромождать вранье, выдумывать, изворачиваться, выкручиваться. Как я устала... И только страх за мужа заставляет меня подчиняться какому-то неведомому кукловоду.

Спать я легла пораньше, сославшись на головную боль, и муж не стал мучить меня разговорами, лег рядом и обнял, убаюкивая, как ребенка.

В кафе я выбрала стол ближе к барной стойке, чтобы меня видело как можно больше народа.

Не знаю, с какой целью я старалась запомниться большему количеству посетителей и персонала кафе, но сделала для этого все. Я уронила стакан, потребовала заменить скатерть, потом устроила тихий скандал из-за кофе, показавшегося мне холодным, – словом, выступила с показательными упражнениями. Придется оставить официанту чаевые побольше, «во искупление», так сказать.

Человек, с которым мне предстояло общаться, явился с опозданием на полчаса, когда я уже собиралась встать и послать всех далеко и грубо.