Внутри словно включился не видимый никому таймер, отсчитывавший последние часы и минуты моей жизни. Когда заказ в красивом пакете оказался на столе передо мной, я положила на серебряное блюдце деньги, забрала пакет и вышла. Бутылку вина купила в магазинчике через дорогу.

– Прощальный ужин, ха-ха, – расставив все это на столике в номере, я попыталась даже как-то себя повеселить, но тщетно.

Очень тянуло позвонить отцу, Саше – но я останавливала себя усилием воли. Не надо. Пусть они думают, что это несчастный случай.

Ночь пролетела быстро, и я встретила хмурый питерский рассвет на подоконнике большого окна с сигаретой в руке.

Внизу работала снегоуборочная машина, и трое рабочих ловко сгребали снег с тротуаров. Несмотря на ранний час, город уже проснулся – спешили на учебу студенты, появлялись собачники, волочимые на поводках своими питомцами. Прямо под окном, шумно галдя, проследовала в сторону вокзала группа туристов с чемоданами – пластиковые колеса бороздили дорожки в свежем снегу. Так странно – все спешат, улыбаются, идут куда-то... Живут. А я скоро перестану. И почему-то это меня не пугает – вино, что ли, причиной?

Я не стала завтракать, приняла душ и завалилась поперек кровати – усну хоть ненадолго.

Завела будильник и отключилась, вскочив через четыре часа с ощущением, что только-только закрыла глаза.

Дорога к серым домам казалась тропой к эшафоту – каждый шаг словно укорачивал мою жизнь еще на сколько-то. Вот и подъезд, и ключ плавно, как в масло, входит в скважину. Ступени, ступени... сколько же их тут, господи? Чердак. На полу у окна – надувной матрас, рядом – узкий чемоданчик, так хорошо знакомый мне. Где же снимок? Нет.

..

Я начала собирать винтовку, проверила магазин – два патрона. Отлично... шансов нет. Время неумолимо близилось к пятнадцати ноль-ноль, а я все еще не знала, на кого сейчас буду смотреть в глазок прицела. В кармане завибрировал телефон, и я увидела пришедшее смс-сообщение. Открыв его, я на пару секунд потеряла способность двигаться и соображать. На медленно загружающейся фотографии был мой муж. Мой Сашка. И подпись: «Вот твой клиент, Саша». Но как, откуда он здесь?! Что он делает в Питере – и почему я об этом ничего не знаю?! Я начала набирать номер мужа, но его телефон не отвечал, и во мне зародилась предательская надежда, что это все – неправда.

Я прижала глаз к резинке прицела и чуть сместила угол обзора. Так и есть: во втором окне блеснул «солнечный зайчик» – бликовал прицел второго снайпера. И вот здесь есть вариант, вдруг поняла я. Даже два. Есть вариант, что этот второй контролирует выполнение и, если что, должен довести дело до конца. А я могу, точно так же, но более резко, сместив угол обстрела, убрать его.