Вместо этого она направилась к белой, с огненными всполохами аэрографии на дверях машине.

Я последовала за ней, к дожидающемуся меня Руслану.

— Вряд ли моё мнение насчёт тебя может так быстро измениться, — обратилась она к моему мужу. – Но это не так важно.

— А что же важно? – в его голосе мелькнуло пренебрежение, на которое сестра никак не отреагировала.

— Важно, чтобы Ева была счастлива, — сказала она спокойно. – Пока это так, всё остальное не важно. Так что ты уж, будь добр, постарайся.

Руслан молчал. Моим первым порывом было вмешаться, но вдруг я поняла – не стоит. Действительно не стоит. Несколько секунд Стэлла смотрела на него, а потом, ещё раз улыбнувшись мне, быстро пошла к домику. Взбежала вверх по ступенькам и, уже в дверях, обернулась. Я увидела в темноте коридора обнажённого по пояс Алекса, услышала, как он что-то сказал ей, но слов не разобрала. Дверь домика захлопнулась, а я, вздохнув, обошла машину и заняла место рядом с Русланом.

— Даже не знаю, — он резко сорвал внедорожник с места. – Хорошо или нет, что ты с ней помирилась.

— Всё ты знаешь, Руслан, — возразила я.

Он хмыкнул. Совсем близко от нас мелькнули заснеженные ели. Боком мы задели лапу одну из них, и белая снежная шапка тут же осыпалась на пышное искрящееся покрывало.

Достав телефон, я нашла среди контактов нужный. В первые месяцы я не раз пыталась позвонить Борису, но безрезультатно. Номер оставался недоступен. Сжала мобильный и задумалась, глядя на приближающиеся ворота лагеря.

Наконец открыла сообщения и написала короткое смс Марии – той самой воспитательнице из пансионата, которая летом приглашала меня отполдничать вместе со всеми. Всего несколько слов: «Я забираю Диану. Передайте это Михаилу. Ева».

— Кто такой Михаил? – спросил Рус, взяв у меня телефон и прочитав отправленное сообщение.

Обычно он подобного не делал, но сейчас понимал, что я слишком задумчива.

— Охранник, который отдал мне кольцо.

Он опять промолчал. Вернул телефон и, проехав мимо ограды, повёл внедорожник вперёд.

— Уверена, что тебе отдадут эту девчонку?

Теперь не ответила я. Только вздохнула. Уверенна ли я была? Да. Но объяснить, почему именно, не смогла бы даже самой себе. И всё-таки маленький червячок сомнения, навязанный здравым смыслом, подтачивал. Теперь, когда всё это стало таким реальным, я боялась собственной уверенности.

Но давить Руслан не стал. В тишине мы проехали несколько километров. Я опять смотрела в окно, думая обо всём и ни о чём одновременно, пока Руслан не нарушил молчание:

— Учти, то, что мы заберём девчонку, не меняет того, что я жду от тебя сына.

— Сына? – переспросила я. – Ты же, вроде бы, хотел дочь.

Он поджал губы, немного нахмурился. Приспустил стекло, впуская в салон свежий зимний воздух.