Когда Руслан подался назад, лишив её своего тепла, Катя даже не среагировала. Лишь негромко вскрикнула, почувствовав, что её сжимают за бедра и переворачивают на живот. И сразу же Руслан потянул её на себя, распластывая руку на пояснице.

– С тобой всё не так, Воробушек, – его шепот яростной волной прошелся по позвоночнику, вызвав трепет по всему телу. То, что Коваль находился за спиной не напрягало Катю. Если только самую малость…Больше будоражило.

Катя зажмурила глаза и выстрочила попку. Её вели инстинкты. Она сама прогнулась в спине, как кошка, что потягивается с раннего пробуждения. Катя не видела выражение на лице Руслана, не видела его глаз.

К лучшему.

Лишь только прерывистое глухое дыхание.

– Хочу по жесткому…яйца сводит от напряжения, сейчас взорвутся к херам, а делать больно тебе не хочу… Ты ведьма, Катерина?

Катя охнула, когда её схватили за волосы и потянули назад. Прошло несколько бесконечно долгих секунд, прежде чем Катя осознала, что её волосы наматывают на мужской кулак. Это было настолько дико, настолько первобытно, выходила за грани испытанного. Катя распахнула глаза, чтобы тотчас ахнуть повторно – Руслан начал входить в неё, опрокидывая на себя с помощью плена волос, и одновременно добрался до груди Кати. Соски напряглись, давно превратившись к нежно-розовые навершие. Зажав один между пальцами, Руслан перекатывал его, потягивал, и проникал членом всё глубже в лоно Кати, заставив ту потеряться от переизбытка себя.

Он был везде. В ней. За ней. С ней.

Катя приняла его полностью. Её попка соприкоснулась с паховыми волосками. То, что Руслан снова оказался внутри Кати, не вызвало у неё никакого отторжения. Напротив, внутренняя наполненность воспринялась ей как очень правильная. Уместная.

Ей нравилось…

Да-да.

Нравилось легкая боль в области затылка, нравилось, что Руслан сзади, его тепло, словно покрывало укутывало плечи. И резкий диссонанс с раскачивающими толчками, проникновениями внутри неё. Всё это кружило голову, разрывая связь Кати с реальностью. Она проваливалась в некую черную дыру, предназначенную только для неё одной. Чтобы она расправила крылья и полетела.

Даже признание Коваля прошло мимо. Включился некий фильтрующий механизм, смазывающий страх Кати и перерабатывая его в оглушающие новые ощущения.

Руслан двигался на всю длину. Выходя, почти полностью освобождая её от себя, чтобы сразу же вернуться, заполняя до основания, растягивая внутренние мышцы, подгоняя под себя. Катя полностью расслабилась. Пусть, как ему нравится. Она подстроится. Если не загоняться, если не трястись от страха, то процесс может даже доставлять удовольствия.

Катя училась принадлежать мужчине. Именно принадлежать… Трепетно и нежно.