Застонав в ответ, Руслан снова вернулся к её уже увлажнившимся складочкам. То, что надо.

Он ласкал их, пробовал дальше, исследовал. Гладил пальцем, не скользя внутрь. Катя выгнула спину. Иногда пыталась свести ноги вместе, но генерал не давал.

Ему внезапно оказалось её мало…

– Руслан, не могу… Руслан…

Она царапнула ему плечи, пытаясь дозваться. Шалея от её вкуса и сладкого запаха, Коваль даже не сразу понял, что от него хочет его девочка.

Уже заставив себя оторваться от неё, он снова задрал голову.

Катя часто дышала, одной рукой она пыталась поднять его с корточек, второй бесстыдно трогала свою грудь через платье. Сосок уперся в ткань, призывно обозначившись.

Даже так… В Кате просыпалась чувствительность. Медленно. Осторожно. Но она пробиралась сквозь страхи, железные оковы, которым он и поспособствовал. Коваль не был романтиком, не собирался им становится, но то, что с ним происходило, когда он смотрел на Катю в лунном свете, заставляло его сердце учащенно биться.

Он резко выпрямился, подался вперед. С коротким стоном впился в губы Кати, запустив пальцы в её волосы, растрепав косу. Ему необходимо было прикасаться и к её рту. К губам, мягким, сочным, нежным. Немного покусанным. Трепещущим.

Для него, для опытного мужика, повидавшего куда больше, чем вода, огонь и медные трубы, оказалась полным открытием собственная реакция на прикосновения Кати. На то, как она откликается. Она не подалась назад, не замерла.

Напротив.

Ответила ему, приоткрыла губы, впустила. Встретилась с ним своим языком.

Обняла Руслана за спину, пытаясь соединить их тела.

Всё.

У генерала Коваля сорвались цепи терпения. Рассыпались на мелкие осколки.

Не разрывая контакта их губ, Руслан подхватил Катю под попу и аккуратно, но сразу полностью вошёл в неё. Девушка замычала, впилась ногтями ему в спину, оставляя кровавые росчерки страсти, но так им желанные.

Он старался быть предельно аккуратным. Ломая себя, свои привычки «трахателя», остановился, дал ей себя прочувствовать, привыкнуть. При этом самого ломало так, что, казалось, кости сейчас разлетятся к чертям собачьим. По позвоночнику бежала струйка пота, испарина выступила и на лбу. В висках стучало и пульсировало.

Катя заерзала бедрами. Зверю показалось, что она пытается отодвинуться, и он уже готов был вцепиться в неё намертво, даже снова совершить насилие, лишь бы получить её, когда поняв, что она, наоборот, подставляет себя, расслабился. Катя обняла Руслана одной рукой, вторую по-прежнему удерживала на подоконнике.

Руслан старался двигаться медленно. Он целовал Катю, облизывал её губы, спускался по шее вниз, к ключицам. Находил жадными губами сосок, втягивал его через ткань.

Ему было ещё мало…

Катя трепетала в его руках. Выгибала спину. Стонала.