— Потому что я знаю, что тебе наплевать на все подарки мира, что тебе нужен только я. Так почему ты думаешь, что для меня важнее это?

Он кивнул на пустой футляр.

— Не думаю, — прошептала сдавленно. — Но я правда очень хотела сделать тебе подарок…

— Сделаешь еще не один раз, — он отпустил мои плечи и коснулся подбородка. — Напишешь много чудесных картин, которые будут выставляться в лучших залах мира, и у тебя будет возможность дарить мне любые подарки, если это для тебя важно. Правда, самый большой подарок ты мне уже сделала, когда согласилась стать моей женой. И я знаю только один, который будет мне настолько же дорог.

— Какой? — спросила я, глядя ему в глаза.

— Наш ребенок, Шарлотта.

От такого на щеки плеснуло краской.

— Эрик… — смущенно пробормотала я. — Не думаю, что нам стоит говорить об этом до свадьбы.

— Говорить об этом мы можем когда угодно, а вот к воплощению этой идеи точно приступим после свадьбы.

Я покраснела еще сильнее.

— И, пожалуй, после того, как объедем весь мир.

— А мы объедем весь мир? — улыбнулась.

— Разумеется. Я хочу показать тебе каждый его уголок, — он поцеловал меня в губы.

 — А теперь пойдем. На экипаже добираться дольше, чем на мобиле.

Наемный экипаж мы решили вызвать, потому что ехать в таком платье в мобиле не представлялось возможным. К тому же, Эрик заявил, что в Мортенхэйме ночевать не намерен, а игристое вино лучше не сочетать с вождением. То есть приглашали-то нас, разумеется, как и всех — на бал, праздничный ужин и фейерверк, после чего гостям предлагалось остаться и на следующий день, но он был непреклонен в своем желании вернуться в город.

— Эрик, кто мог их взять? — кивнула на пустую коробочку.

 — Ведь у тебя по всему дому десятки защитных заклинаний и сигнальных артефактов, я просто не представляю…

Моргнула, растерянно уставившись на него.

— Агольдэр, Шарлотта. Вероятно, это был он. Больше некому.

Пока я силилась объять сказанные им слова, Эрик продолжил:

— Я обещал тебе, что займусь вопросом агольдэра, и я им занялся. Помня о том, что обычные ловушки и сигнальная магия в его случае не работают, воссоздал и переработал одно древнее заклинание. Помнишь, я рассказывал тебе о некромагии во времена армалов? О том, что они могли заключать в оболочку призрака сознание?

Помнила я весьма смутно, но сейчас кивнула.

Если честно, эта тема казалась мне настолько жуткой, что даже сейчас по коже прошел мороз.

— Разумеется, агольдэр — не призрак, но я предположил, что создатель первого монстра частично опирался на опыты тех магов. В те времена призраки обретали форму, подчиняясь темной магии, и я решил кое-что проверить. Поставить сигнальные нити, способные оповестить о вторжении потустороннего существа, которое становится материальным.