А теперь за это придётся отвечать.

Помните, наверное, кино: у вас там в Питере сидит в СИЗО один наш моджахед, а у нас есть ваш сотрудник низшего звена. Давайте меняться? Давайте.

Следующий кадр: моджахед стоит на полевой дороге и разминает освобождённые от наручников запястья. Смена ракурса: сотрудники отвязывают от дерева измождённого коллегу с запёкшимися губами. Всё, обмен состоялся.

Это кино. В реалии всё намного сложнее. Нетрудно менять труп на труп. Это вполне по силам обеим сторонам на местном уровне. Или пару трупов «духов» на нашего пленного — если есть такое предложение от противной стороны.

Можно втихаря, чтобы высокое начальство не пронюхало, пойти на риск и поменять на пленного недавно пойманного и пока что не зарегистрированного «духа». Это уже произвол, нарушение законов (вы его при поимке должны доставить куда следует и сразу оформить, держать у себя в зиндане просто не имеете права). Но это частенько проходит.

Оформленного «духа», даже если это просто боец из низшей иерархии, менять на местном уровне уже невозможно. Для этого либо придётся обратиться по вертикали до самых верхов ведомства, либо в сговоре с органом надзора организовать имитацию побега из под стражи.

Верхи очень неохотно принимают на себя ответственность за такого рода мероприятия, потому что они глубоко незаконны. Совершая обмен, вы вступаете в отношения не с официально признанной воюющей стороной (напомню, у нас войны нет — это контртеррористическая операция длиной в десять лет), а с преступниками, и любые ваши действия на этом поприще по определению преступны. Поэтому верхи предпочитают, чтобы вы сами, на месте, решали такие щекотливые вопросы. И — спасибо огромное! — закрывают на это глаза, поскольку понимают, что такие вопросы всё же время от времени возникают и никуда от них не деться.

Но уж если у вас там, на месте, что-то не заладится (та же самая имитация побега), «разгребаться» будете сами, по полной программе и всей строгости российских законов.

Это всё касается простого «оформленного» моджахеда низшего звена. А теперь напомню: в нашем случае речь идёт даже не о среднем звене или, бери выше, — полевом командире. Мы отпустили товарища, которым занимаются Генпрокуратура и Главное управление ФСБ.

Который своими руками убил полсотни человек, проходит вторым фигурантом в разработке «Чёрная вдова» и лично, подчеркну — лично! — организовал взрыв Дома правительства в Грозном в декабре прошлого года.

А самое приятное: нам ведь этого никто не поручал, об этом даже речи не шло! Аюба нам выдали под расписку, как наживку, под честное слово Иванова, который заверил руководство, что операция пройдёт без сучка и задоринки.

Короче, не будем плакаться попусту, скажем проще: не простят.