— По какому поводу кипишь? — опускаюсь на кресло и оглядываю стол. Две пустых бутылки «Вильям Лоусонс» и третья выпита наполовину. Прилично накидались, — Так, притормозите пока с алкашней.

— Да вот, — Павел допивает свой стакан, — Юрыч настаивает, что сливать завтрашнюю стрелу надо.

— Ну вы, блять, как хотите, — Юра напрягается, встаёт с места и начинает мерять шагами комнату, — А у меня нет желания присесть. Анька мне башню оторвёт.

— Да ты запарил истерить, — Павел ловит его за локоть и швыряет на диван, — Сядь, расслабься. Если жена свалит от тебя, то точно не поэтому, раз уже пять лет терпит.

Егор, — он кивает мне, — Чего там тебе «птичка перелётная» нащебетала?

— Пока никакого криминала вроде нет. Официальная версия запроса ментов на камеры — повышение мер безопасности. Главное — не чудить на секторах. Иначе путь на стадионы нам заказан будет.

— Сука… — лупит себя кулаком по коленке Матвей, — И это, блять, нормально, Егор?

— Морды наши у ментов, камеры стадионов пасут. Юрыч прав, сливаться надо.

— Мы этот замес месяц готовили, пацаны! — Павел повышает голос, — Следующий, хрен знает когда, замутить сможем.

Место неожиданное, свои патрули поставим. Нормас все будет.

— Я тоже так думаю, — забираю со стола чистый стакан и наливаю себе колы, — Менты — они ж по уши в бюрократии. И омон не девочки по вызову. Максимум, что организовать успеют- это наряд. Ну, а у этих ребят все просто. Сутки гляделок, и по итогу — штраф за переход всем в неположенном месте.

— Это точно, — расслабляясь, ржёт Юра, — Ну хер с вами. Я за. Ты как, Матвей?

— Менты за своих «динамиков» нас обязательно «натянут», но… — на лице расцветает едкая ухмылка, — Сначала ж мы их!

— Даааа, — пьяно ржут пацаны.

— Мордами не светить, документы не брать. Ну-ка дай, — забираю у Матвея кальянную трубку и затягиваю яблоко с ментолом, — Тюфу, блин! Такую шнягу только бабы забивают. Забери, — всовываю ему трубку назад в руки.

— А мне по-кайфу, — стекает по спинке дивана Матвей, — Пить будешь?

— Не, башня ещё болит, — поднимаюсь на ноги, — И поеду, наверно. Чёт таблетосы обезболивающие в сон клонят.

— Ну лады, — салютует мне бокалом Юра, — До завтра.

— Я тоже поеду, — поднимается следом за мной Павел, — Ирине приехать обещал и по брательнику твоему перетереть надо. Подкинешь?

— Ди-на-мо, — скандируют нам в спины парни.

— В жопу идите! — оскаливается Павел, и под юлюлюкание мы сваливаем в коридор.

— Теперь по брательнику твоему, Егор, — друг приваливается к стенке и скрещивает руки на груди.

— Ну? — меня напрягает пауза, как и вообще разговор о нем.

— Ты ж знаешь, что у меня залипы на траву были в прошлом…

Киваю в ответ головой.