По ее щекам текут мокрые дорожки. Губы… Господи, искусанные, распухшие от соли становятся для меня спусковым механизмом, и я со стоном накрываю их поцелуем. У него вкус ее слез и легкого алкоголя. Но я только глубже врываюсь в рот девушки, пока мне по лицу не прилетает обжигающая пощёчина.

— Сволоч… — она обиженно шипит и, высвободившись из палантина, отлетает от меня на несколько шагов, — Я жалею, что встретила тебя! — крик прокатывается громким эхом по бетонным перекрытиям, и, как апофеоз эмоции, над нашими головами гремит гром.

— Дашка… — я сношу девушку весом к бетонной стене и прижимаю, распиная, — То, что ты надумала, девочка моя — все ложь. Я люблю тебя. Безумно люблю. И ты права, я — сволоч, но клянусь тебе, что со всем будет покончено…

— Я тебе звонила целый день, — горько усмехается Даша, — Ты даже на соизволил спросить, как я после ночи в СИЗО!!!

— Твой телефон прослушивается, — я утыкаюсь лбом в ее висок, — А, чтобы выйти и вытащить брата, я дал обещание твоему бывшему не приближаться к тебе. Совсем… Прости…

Дашины глаза распахивается в ужасе.

— Отпусти меня… — просит она шёпотом, и я отхожу на шаг назад, покорно ожидая ее действий.

Дрожащими пальцами девушке удаётся расстегнуть замок на сумочке только с третьего раза.

— Они знают где я? — она держит на ладони смартфон и смотрит на него, как на нечто мерзкое, — Пока он включён или всегда?

— Я не знаю… — отвечаю честно, — Но подозреваю, что всегда…

На губах появляется циничная ухмылка, ладонь Даши сжимается в кулак и она, размахнувшись, с чувством шмякает телефон об пол. Экран новенького смартфона разлетается на моих глазах в дребезги.

— Пошли, я, как и обещала, выведу тебя, — она решительно отталкивается спиной от стены и подходит ко мне вплотную, — А дальше — можешь идти к черту! — истерично цедит слова и начинает движение к выходу.

Мои мозги плавятся, я перестаю адекватно оценивать происходящее, но одно понимаю точно: ее не отпускаю…

Подхватываю за талию и заматываю на плечах девушки шарф, на манер смирительной рубашки. С Дашиных губ слетают тихие ругательства.

— А будешь дальше хулиганить, — я шиплю ей в ухо, успевая увернуться от удара шпилькой по ноге, — Я трахну тебя прямо здесь. И ты не сможешь отказаться…

Довольно ухмыляюсь, чувствуя дрожь Дашиного тела в ответ на пошлость.

— Ты слишком самоуверен… — девушка вздергивает подбородок и зло сверлит меня глазами, пока я подталкиваю ее к выходу со стадиона.

— А если я сейчас запущу руку в твои трусики… — мурлычу ей на ушко и кайфую от того, как вспыхивают красными пятнами нежные щёчки, — Ты уверена, что там будет сухо?

Наблюдая нашу откровенно-интимную сцену, полицейские даже не дёргаются, чтобы проверить документы. И мы с Дашей легко выходим на улицу.