От беспокойства я не нахожу себе места и уже почти ненавижу запертый замок на двери квартиры. Мой комплект ключей лежит на кухне перед мамой. Хоть с балкона прыгай. И наверно, я бы прыгнула, если бы в этом был хоть малейший смысл… Понимание, что любой нормальный мужчина в подобной ситуации расшибся бы, но связался с любимой женщиной, появился в конце концов, всерьёз тормозит мои резкие движения! Это намеренный игнор? Мне горько и больно, но куда только девается чувство гордости у влюблённых барышень? Я доведена до крайней степени душевных терзаний и поэтому сейчас слушаю гудки на номере автосервиса.

— Администратор Анна, добрый день, — оживает трубка, — Чем я могу вам помочь?

— Здравствуйте, Анна, — напряжённо выдыхаю, — Я могу поговорить с вашим директором Егором Ивановичем?

— Ммм… Минутку, — слышу щелканье клавиатуры, — К сожалению, его нет не месте. Я могу вам ещё чем-нибудь помочь?

— Тогда соедините меня с Павлом, пожалуйста, — решаюсь я на последний вариант.

— Одну минуту, — благодушно чирикает девушка.

И через несколько гудков соединения я слышу заветное мужское:

— Паша, здравствуй… Это Даша, — замираю в ожидании реакции.

— Хмм, здравствуй, Даша… — напряжённо отвечает мужчина.

— Извини за беспокойство, но я до Егора не могу дозвониться… — у меня совсем не получается скрыть надрыв в голосе.

— Даша… Фуух… — он громко выдыхает в динамик, — Я не знаю, что тебе сказать. Ты сама как?

— Плохо… — говорю честно, — Ты сегодня говорил с Егором?

— Понятно… — я прикрываю глаза, чтобы сдержать слёзы, — Тогда, передай ему, пожалуйста, что я хочу с ним поговорить.

— Хорошо… — отзывается Паша эхом.

— Спасибо… — я сбрасываю вызов и слышу из коридора мамины шаги.

— Дарья, перестань прятаться от меня со своим телефоном! — она заходит в спальню, — Нам будут задавать неудобные вопросы о тебе. Ты обязана поехать.

— Человек же может заболеть… — я упрямо гну свою линию и, больше всего на свете мечтая, оказаться в квартире одной, раздраженно наблюдаю, как мама вытряхивает все вещи из моего шкафа.

— Но ты не болеешь! — родительница режет ответом, — Надевай! — швыряет мне в руки вешалку с платьем, — Ты — просто не имеешь права подставить отца ещё сильнее. К тому же, родители Артура до сих пор ничего не знают о твоих выходках! — дрожащим от праведного гнева голосом заканчивает мать.

— Так расскажите им! — я откидываю в сторону платье и шиплю, — Свалите все на меня! Я ж не против.

— Глупая… — в сердцах хлопает дверцами шкафа, — Мы то с отцом тебе все простим, с Артуром дай Бог наладится, а вот чужая мать тебе обиды ребёнка не забудет… — она опускается на край кровати, отодвигая в строну ворох вещей и я падаю рядом.