– Он же должен быть в царстве теней, разве нет?

– На самом деле он уже давно тут обитает. А привел его к вам Вилли. Только до поры до времени темный бог сидел тихо и ни во что не вмешивался.

– Вестнику-то он зачем понадобился? – недоуменно переспросила я.

– У них договор. Вилли обязался помочь Саану вернуться в свой мир. Саан в обмен на это пообещал… ну, в общем, тоже помочь. И помогает, как видите.

– Пока мы еще ничего не видим, кроме того, что он уводит Вильгельма демон знает куда, а тот даже не сопротивляется, – неестественно ровно сказал нэл Нардис.

– Не демон знает куда, а в первохрам.

Дорога открыта, поэтому больше вам никто не помешает.

– Ну да, конечно, – непримиримо насупилась Ланка. – Никто, кроме темного бога!

Норр тяжело вздохнул.

– Как с вами сложно… Сугубо по этой причине ни я, ни Вилли не говорили вам, кого он носит в себе. Но Саану нет смысла уничтожать этот мир. Напротив, вот уже семь тысячелетий он пытается его сохранить. Для этого и расколол свою душу на тысячи осколков. И добровольно отказался от силы, чтобы она не поглотила ваш мир сразу и навсегда.

Мы в полном обалдении уставились на призрака.

– Вот теперь я совсем ничего не понимаю, – пробормотал эрт Ларун.

– А я, кажется, понимаю, – задумчиво обронил мастер Миррт. – Отец как-то рассказывал легенду, которую одному из наших предков якобы поведал когда-то Вестник. Согласно ей, Саан не сам пришел в этот мир – его призвали. И теперь он не может вернуться, не разрушив при этом все до основания.

– Его сила слишком тяжела для этого слоя реальности, – подтвердил предположение мрона призрак. – И сам он чересчур тяжел для вашего мира. То, что он принес с собой из царства теней, и есть то, что вы называете божественным проклятием.

Немного, мелкая горсточка, жалкие остатки царства теней, которые успели прилепиться к его плащу. Но и этого хватило, чтобы все живое здесь начало умирать. Однако это не зло, не умышленное стремление вас уничтожить – таков порядок, что в царстве мертвых не выживают смертные, а в царстве живых не может долго находиться повелитель мертвых. Наши миры не должны соприкасаться. А если это все же случится, то рано или поздно они уничтожат друг друга. Они, можно сказать, антагонисты. Но, как и многие антагонисты, при встрече неизменно притягиваются друг к другу, причем с такой силой, что это может привести к беде. Именно поэтому, когда Саан, решив полюбопытствовать, только высунул нос из своего царства, его сюда попросту утянуло. А его сестер, по закону равновесия, развоплотило. Они и сейчас томятся в ожидании помощи. Тогда как он – здесь. Единственный уцелевший бог, чья сила настолько враждебна всему живому, что по определению уничтожает все, к чему прикоснется.