– Возможно, противостояние с нежитью их к этому подтолкнуло? Знаешь, как оно бывает? Смертельная опасность, эмоции, страх… на пороге смерти люди порой совершают невозможное. Да и божественное вмешательство, наверное, сыграло какую-то роль.

– Вот поэтому я и посадил всех троих в изолятор, дожидаясь, пока остатки благословения покинут их ауры. Еще одна беседа, уже при нормальном фоне, могла бы прояснить спорные моменты. Но видишь ли, какая штука, Дар… ауры-то у ребят очистились, но они все равно остаются нечитаемыми. Даже для меня.

– Увы. Ни один камень правды на них не сработал. Похоже, эффект от алтаря оказался более стойким, чем мы предполагали. Или же Корно в совершенстве освоила ментальную защиту.

– Кто бы мог ее этому научить? – прищурился Ларун.

– А кто помог им целыми и невредимыми выйти с шестого уровня подземелий замка Нол-Рохх? – задал встречный вопрос ректор.

Ларун наморщил лоб, старательно припоминая все, о чем они говорили в этом же самом кабинете чуть больше недели назад.

Нет, насчет «прозрения» он склонен был поверить Нородо, как и в то, что Корно уже довольно давно и уверенно пользовалась заклинанием высшего порядка. По поводу сферы вопросы пока оставались, но если допустить, что заклинание было подправлено и напитано божественным вмешательством, то с некоторой натяжкой можно признать, что и на это юная колдунья оказалась способна. Определенную поддержку ей также мог оказать Линнель – с таким уровнем совместимости это вполне возможно. Но все же были моменты, которые даже с допущениями не укладывались в картину, которую обрисовали ушлые детки.

Так и не дождавшись ответа, ректор тяжело вздохнул:

– В любом случае за ними нужно приглядывать. И заодно пересмотреть программу обучения, а то Линнель в последнее время совсем от рук отбился.

– Ты слишком сильно на него давишь, – не преминул напомнить другу Ларун.

– Он абсолютный маг, Дар. У таких, как он, должны быть ограничения. И раз уж природа не озаботилась их созданием, то это придется сделать нам. Хотя бы для того, чтобы он не слетел с нарезки, когда осознает собственные возможности и поймет, что в этом мире почти нет тех, кто смог бы ему противостоять.

Ларун только вздохнул:

– Ник – неглупый парень. Упрямый, конечно, но для той рассудительности, которую ты от него требуешь, он еще слишком молод. Вспомни себя в его годы. Готов ли ты был беспрекословно слушаться старших? Все ли делал так, как от тебя требовали? Мудрость приходит с опытом, Тор. Тебе ли этого не знать? Или скажешь, ты случайно подсунул парню фальшивый отчет аналитиков по поводу Корно и Норие? И совсем-совсем не предполагал, что разобиженный мальчишка из принципа сделает все наоборот?

– Тогда его было легко просчитать.