Сжав левую руку в кулак, я надавила пальцами на впившееся в кожу кольцо, и ладонь мгновенно обожгло. Правда, боль была уже привычной. И не настолько сильной, чтобы я вскрикнула или как-то иначе обозначила свое вмешательство.

Одновременно с этим перед моим внутренним взором нарисовалась готовая схема заклинания. Большая, сложная, почти в мой рост и в ширину раза в два больше. Вот так, с ходу, мне бы ни за что не удалось воспроизвести ее с первого раза. Но не далее как вчера мы с тенью это заклинание уже создали, и до этого момента оно тихо-мирно лежало в свернутом состоянии, дожидаясь, пока я наконец-то его активирую.

И вот это время пришло.

Я без раздумий стряхнула на схему несколько алых капелек и, увидев, как кровь прямо на глазах напитывает заклинание, тихо вздохнула.

Ну вот и все. Теперь главное, чтобы рана не закрылась и ноги не подогнулись от слабости.

Ох, кажется, это приказало долго жить второе окно, откуда в нашу сторону рванула еще одна вереница тварей. Вовремя Норр напомнил мне о кольце. Щитам осталось жить всего пару минут, но этого хватит, чтобы заклинание крови сформировало другую защиту.

Это разлетелись наконец ворота, открывая тварям третий проход и показывая нам ставший практически бесполезным, но все еще бушующий снаружи огненно-красный, пышущий жаром вихрь. В другое время я бы, наверное, даже восхитилась зрелищем окружившей храм стены пламени, закрученного в тугую спираль и несущего внутри себя каменные осколки. Однако сейчас меня вновь ударило откатом из-за потерянного щита. Хотя больше всего меня волновали не занывшие зубы и подрагивающие коленки, а то, что прорвавшийся с улицы огонь неумолимо плавил созданный Ником лед.

И при таком напоре он довольно быстро поможет измам преодолеть поставленный Линнелем щит.

– Эрт Экради! – вскрикнула Ланка, тоже заметив неладное.

Сверху на купол обрушились остатки крыши, которую измы все-таки сумели догрызть до конца. Над нашими головами промелькнуло ночное небо с крохотными точками звезд. Следом бушующий снаружи ветер донес несколько алых искорок, закружившихся над разрушающимся храмом в причудливом танце. Напуганная шумом Злюка с диким мявом забилась куда-то мне в ноги.

Но погрузившийся в себя маг даже головы не повернул.

Его лицо выглядело отрешенным. Глаза были плотно закрыты. Кожа посерела. А аура внезапно истончилась, поблекла и красноречиво показывала, что на борьбу со стихиями эрт Экради отдает всего себя без остатка. Как и то, что до утра его сил явно не хватит.

Впрочем, его это уже не беспокоило. Вернее, его вообще ничего сейчас не беспокоило. Поэтому он не увидел, как прямо перед ним в воздухе проявился тонкий, напитанный кровью узор, похожий на связанную заботливыми бабушкиными руками алую салфетку.