– Дер Даген Тур выжывает уважение, однако это не жначит, что я собираюсь терпеть его присутствие на своей планете. Найти!

Добавления «немедленно» не последовало, но оно подразумевалось.

– Я уже поднял по тревоге Генеральный штаб, – сообщил полковник Желерд. – Череж час лингийцев будет искать вся наша армия.

– Пусть атакуют осторожно, – распорядился Канцлер. – Галилей Квадрига нужен мне живым!

– Неплохо получается, – прокомментировал астролог. – Краску удачно подобрал: издалека даже непонятно, что сверху другое название написано.

Бедокур повернулся, внимательно посмотрел на Квадригу, прикидывая, насколько тот искренен, ничего не понял, поскольку выражение лица Галилея было привычно расслабленным, и пробурчал:

Предложение заменить надпись «Пытливый амуш» названием одного из урийских цеппелей шифбетрибсмейстеру сразу не понравилось, поскольку не существовало сомнений в том, на кого будет возложено исполнение.

А у Бедокура были собственные планы на ближайшее время. Однако отвертеться не получилось – Помпилио и Дорофеев поинтересовались: «Согласись, Чира, идея прекрасная?» И разочаровывать руководителей Бедокур не стал. Получил от радиста бумажку с заковыристым названием «Непобедимый ширдровакль», подобрал краску, велел механикам соорудить подобие лесов и «придумать, как мы нарисуем это странное словосочетание». Помощники «придумали» пластину поверх красивых букв, складывающихся в гордое: «Пытливый амуш», потом «придумали», как аккуратно, но надёжно закрепить её, а теперь занялись непосредственно рисованием. По трафарету, конечно, но аккуратно и потому – медленно.

– Кстати, ты знаешь, что такое ширдровакль и почему он – непобедимый? – продолжил светскую беседу Галилей. Перед этим он не забыл вдуть в каждую ноздрю по щепотке свуи и потому улыбался несколько шире обычного.

– Какая тебе разница?

– Я с детства любопытен.

– О каком любопытстве речь? Ты не всегда понимаешь, на какой планете находишься.

– Какое отношение к моему любопытству имеет название планеты? – осведомился Квадрига.

– Если ты не знаешь даже этого – какая разница, что на ней происходит?

– Я спрашиваю не для того, чтобы запомнить, а для того, чтобы узнать, – негромко ответил Галилей, набивая трубку вихелем.

– И как ты потом поступаешь с информацией?

– Случается, забываю, – честно ответил Квадрига.

– Тогда зачем спрашивал?

– Да. – Галилей пыхнул трубкой и улыбнулся: – Результат может быть любым, главное – процесс.

Настоящий астролог: плевать, с какой планеты уходишь и на какую направляешься, главное – сам переход через Пустоту, за которым следует томительное ожидание нового прыжка.