- И где ты был?! Я вся извелась! Разве так поступают с матерью?

Вот, что мне ответить на эти претензии?

- Мама, ты прекрасно знаешь, где я был - на работе.

- На работе он был! - фыркнула она, - Вся деревня галдит о пожаре на твоей ферме, а матери зайти показаться и рассказать, что да как время не нашлось?

- Разве ты не видишь, что я устал?

- Ты такой же, как твой отец! - прикрикнула она, - Тот тоже всегда уставал и не считался с моим мнением. Я тут переживала, места себе не находила, а он зайти к матери и рассказать, как дела времени не нашел.

Материн эгоизм неискореним. Она такая всю жизнь была, такой и останется. Не смог ее изменить первый муж, ни материнство, даже молодой любовник не смог.

- Все плохо, мама. Что ты еще хотела узнать?

Она внезапно прищурилась и повела носом. Видать уловила запах перегара.

- Ты опять за старое! Опять пьешь?!

Дальше уже мать не затыкалась. Тараторила и тараторила, в целом, о вещах совершенно сейчас не важных. Голова у меня болела все больше, и больше и в какой -то момент я не выдержал и прикрикнул на нее:

- Ты можешь помолчать хоть немного. Видишь - мне плохо и без твоего глупого кудахтанья. Если хочешь помочь или посочувствовать - сходи на ферму и помоги делом. Если просто вынести мозг - уезжай обратно в город!

Дина Альбертовна редко получает от меня отпор, тем более в такой грубой форме.

- Но я же женщина..., - растерянно хлопнула она накрашенными глазами.

Перевел взгляд на ее ухоженные руки и почему-то подумал об обломанных и пожелтевших от работы ногтях Вики, которая всю, несмотря на больную ногу, помогала мне на ферме, вытаскивала телят из огня и помогала таскать воду.

- Вика тоже женщина, но это ей не мешает быть мне опорой и поддержкой. От тебя же одни только упреки.

- Знаешь что? Вику он мне еще в пример не ставил! Вы подумайте! - возмутилась мать, -Вот возьму и уеду! Сам теперь себе готовить и стирать будешь.

И сказала это с таким видом, что предыдущие годы это за меня она делала.

Я на это и бровью не повел. Только лишь состроил скорбную морду, подумал про себя:

«Слава тебе Г осподи! Неужели она все же свалит отсюда?»

Дина Альбертовна больше со мной не разговаривала, только вздернула напудренный носик и удалилась в спальню.

Надеюсь, собирать вещички.

Я люблю свою маму, но когда ее становится слишком много в моей жизни ее можно выпроводить из нее только через скандал.

Снова захотелось выпить, но поскольку спиртного дома не было, заварил себе кофе и вышел на веранду, где уселся на порог. Там ко мне в скором времени присоединился Туз, и мы на пару принялись с тоской гипнотизировать окна домика на соседнем участке.

Вот только ни через час, ни через два она не появилась.