Постепенно я уже начала было засыпать, мирно пристроив голову на широкой мужской груди, как внезапно экран Диминого телефона засветился сообщая о входящем сообщении на месседжер.

Он потянулся за телефоном и внимательно уставился в экран.

Я, словно предчувствуя беду, приподняла голову и буквально опешила, увидев в Димином телефоне саму себя, исполняющую развратный стриптиз в випкомнате клуба перед компанией состоятельных мужиков.

Несколько мгновений мы оба молчали, пока я на видео тряся тяжелыми темными кудрями, что были у меня в ту пору, в одних микроскопических трусиках выделывала пируэты у шеста. Узнать меня под тонной сценического грима, конечно, было непросто. Но не человеку, который фактически живет со мной.

- Скажи что это не ты, - прохрипел Дима и, отбросив телефон, словно это ядовитая змея, сел в постели.

Смысл врать? Нормальные отношения нельзя выстроить на лжи и недомолвках. Либо Бобров примет меня такой, какая я есть во всем моим грязным прошлым, либо нам не по пути в этой жизни.

- Почему работала с стриптизе? Или почему ушла оттуда? Что ты хочешь узнать в первую очередь?

- Почему не сказала?! - громыхнул он, повышая голос.

- А в какой момент я должна была тебе в этом признаться? - усмехнулась в ответ, - При первом знакомстве?

- Нет, но... Зачем, Вика? - в темноте я не видела выражения его лица, но мне подумалось в этот момент от стало очень брезгливым, - Зачем ты торговала своим телом?

- А ты думаешь, все девочки после «сладкой» жизни в детском доме попадают в престижный ВУЗ и на хорошую работу?

Какое-то время Дима переваривал мои слова, а потом пробормотал, словно сам себе под нос:

- Это отвратительно.

С этими словами он поднялся, оделся и вышел на улицу.

Не знаю, что творилось сейчас в его мыслях и душе, знаю только то, что мне стало от его слов очень больно. Мне не было так плохо даже, когда узнала о том, что Балашов собрался жениться на другой.

Слезы беззвучно покатились по щекам, в носу позорно захлюпало, и я, отпуская себя, совершенно глупо разрыдалась.

Несмотря на свежий воздух на улице, дышалось мне с трудом. Словно горло сдавило невидимыми щипцами.

Я попытался глубоко вдохнуть и выдохнуть, но вместе с воздухом из легких вырвался болезненный кашель и со страшными хрипами.

Черт, все же надышался я вчера дыма.

Сегодня на улицу как-то слишком быстро наступила ночь и погода резко испортилась. Поднялся сильный порывистый ветер, что нещадно трепал едва тронутые желтизной листья деревьев, вынуждая их раньше срока покрывать собой еще не остывшую от летнего солнца землю.

Немного постояв в Викином огороде, я не заметил, как ноги понесли меня к машине.

Не знаю что за черт гнал меня в ночь на приключения, но видеться с матерью мне сейчас не хотелось, а с Викой и того меньше.