Но ты же знала, кто я? И все равно пошла со мной, так?

– Ненавижу… – хриплю, понимая, что не могу его оттолкнуть. Господи, дай мне сил устоять…

– И мне есть за что ненавидеть тебя, Каролина, – цедит Глеб, на миг оторвавшись от моих губ. – Не волнуйся, я не собираюсь пускать тебя дальше постели.

– Отвали, Вяземский! – отталкиваю его, замечая пляшущие в его взгляде огоньки. – Ты можешь купить себе сотню шлюх. Зачем тебе я? Предательница, изменщица и… Мошенница, интриганка и…

– Не продолжай, – ухмыляется он, облизывая припухшие губы. Запускает пятерню в густую длинную челку и добавляет язвительно. – Мне доставляет удовольствие делать то, что ты не хочешь. Считай это моей местью за… – он сжимает челюсти, с трудом сдерживая эмоции. Ступает к столешнице и наливает кофе в чашку. Выпивает его залпом и продолжает, скривив рот в издевательской усмешке. – Кара, ты попала в мою игру. Есть те, кто ненавидит меня гораздо сильнее, чем ты. Не понимаю, почему они решили похитить твою дочь? Возможно, посчитали, что нас связывает нечто большее, чем деловые отношения? Но ты ни при чем, Кара… Это сделали мои враги.

– Что?! И ты говоришь это сейчас? Мерзавец! Делай что-нибудь! – преодолеваю расстояние и что есть силы бью Вяземского по груди. – Придурок! Урод!

– Я все сделал уже. Собирайся, у тебя полчаса. Мы поедем к частному детективу.

– Так я не должна тебе… э… Ты же решаешь свои проблемы?

Вяземский вкидывает на меня тяжелый взгляд неудовлетворенного человека. Подходит ближе и выдыхает мне в ухо:

– Ты хочешь меня, Лера. Хочешь… И скоро ты будешь умолять трахнуть тебя. А я еще подумаю, снизойти до тебя или нет.

Я становлюсь другим человеком… Никогда бы не поверил, что за считаные часы можно так измениться. Так ненавидеть другого человека и… радоваться тому, что он жив. Именно это я и ощущаю – гребаное раздвоение личности, дезориентацию, беспомощность. Для такого, как я это равносильно смерти…

Каролина Чацкая появилась в моем офисе три месяца назад. Именно тогда тоненькие каблучки ее элегантных туфель застучали по блестящему полу моего коридора. И в мое сердце они вонзились тоже тогда… Не знаю, почему я так на ней зациклился? Красивая, да… Но в моей жизни тогда было бесчисленное количество женщин – умелых, доступных, богатых и не очень. Все они хотели быть со мной. Мечтали откусить от меня кусочек – моего влияния, денег, тела… Чего угодно. Липли, как жвачка к подошве ботинка. Все, но не она…

Сейчас я понимаю, что всколыхнулось в груди, когда я посмотрел в глаза Каролины – воспоминания о Лере… Той, кого так сильно любил и так и не сумел простить за предательство.