– Папа, у нас гости? – Златокудрое дитя появилось из боковой двери и с любопытством оглядело Ерожина с автоматчиками.

– Это милиция, Кеша. Они подозревают, что я кого-то убил и будут искать улики.

– Господа, это мой дом, – обиделся мальчик. – Папа у меня в гостях. Не думаю, что он у меня совершил убийство, я еще маленький, а ребенка это может травмировать. Не хочу, чтобы в моем доме копались…

– Не беспокойся, Кеша, твой дом не пострадает, – серьезно заверил Ерожин.

– Хорошо, дядя милиционер, я вам верю. Можно мне поиграть у себя на компьютере?

– Нет, Кеша. Лучше, чтобы ты во время обыска посидел рядом с отцом, – ответил подполковник. Из соседнего дома в качестве понятых привели двух стареньких литераторов.

– Товарищ подполковник, драматург Альтин и поэтесса Зольт согласились нам помочь, – представили понятых эксперты.

Петр Григорьевич поблагодарил литераторов и попросил начать обыск с гаража. Понятые послушно спустились вслед за Медведенко и Вороновой вниз. Подполковник с двумя бойцами остались в гостиной. Кроме кресла, рядом с камином стояла качалка и здоровенный кругляк, обструганный от коры и покрытый лаком. Мальчик уселся в качалку, Ерожин пристроился на пенек, а парни с автоматами встали у двери.

– Игнат Львович, следствию все про вас известно.

– Поделитесь, господин подполковник. Я люблю про себя слушать, – произнес Костролитин, и подполковник опять отметил вкрадчивость в его голосе. Об этой вкрадчивости говорили и пациенты знахаря.

– Я тоже про папу люблю слушать, – добавило золотокудрое дитя, непринужденно раскачиваясь в качалке.

– Слушайте. Время у нас есть, – согласился Ерожин. – Вы, Игнат Львович, затеяли аферу с Крапивниковым давно. Я предполагаю, что, организовав страховую компанию, вы остро нуждались в средствах. Ведь закон об уставном капитале то и дело менялся в сторону его увеличения. Вот вы и придумали финт с мнимыми больными. Крапивников ставил ложный смертельный диагноз и направлял обманутых в вашу страховую компанию. В первый год их было особенно много. Собрав начальный капитал, вы уже реже страховали жизнь клиентов, а перешли к крупным контрактам. Но от жадности совсем от этой практики не отказались. Обманутых пациентов вы обманывали еще раз, явившись к ним под видом целителя. Затем, чтобы избавиться от свидетеля, вы убрали Крапивникова. Сторож Стекленко вас по фото признал. Пациенты тоже. Отпираться нет смысла.

– Вы многое знаете, но интерпретация у вас черная. Вы мрачный человек, подполковник, – печально улыбнулся Костролитин.

– Давайте вашу интерпретацию. Буду рад, если она окажется радужной.

– Пожалуйста. К организации страховой компании я никакого отношения не имею. Это детище сына.