Она должна была с самого детства понимать весь груз ответственности за то, что вылетает из её рта. Возможно, были и другие причины, но их мой собеседник озвучит вряд ли, если не сделал этого сразу.

— То есть, со следующего года Алина будет учиться в другой школе. — грустно заключил я.

— И ты можешь составить ей в этом компанию. — улыбнувшись подслушивающей дочери, озвучил граф.

— Учитывая твои заслуги перед нашим родом, финансирование обучения будет за счёт клана. — князь в диалог до этого момента не вмешивался, лишь спокойно попивал свой чай и периодически наблюдал за моей реакцией.

— А что будет с нашей школой, после того, как Алину переведут? — задал я внезапно возникший в голове вопрос.

— Ничего. Продолжит работать. — повёл бровью граф и добавил. — Да, большая часть преподавателей со временем поменяется, — сделал он мне непрозрачный намёк на смену качества образования. — но сама школа никуда не денется.

— В любом случае, я не могу оставить бабушку и своего друга. — выдохнул я, готовясь озвучить свой решительный отказ.

— Это вовсе не проблема. Жильём в Тюмени мы вас обеспечим — жить будешь вместе со своей старушкой. А что касается Максима, — на этих словах граф переглянулся с братом, на что тот утвердительно кивнул. — их семье будет предложена большая скидка, если они захотят отдать ребёнка в нашу школу.

— Держи. Это номер моего помощника. — двинул визитку по столу князь. — В случае каких-то проблем — звони. Он про тебя теперь знает и всё решит. На этом наша встреча заканчивается. Посоветуйся с бабушкой и дядей. Если решите принять предложение — дадите знать сюда же. — постучал он пальцем по серой металлической пластинке с выгравированными символами. — Твоё будущее — в твоих руках, Алексей. Приятно было познакомиться и спасибо, что в тот вечер защищал Алису.

На этих словах Белорецкие поднялись со своих мест и мне пришлось последовать их примеру.

— Думаешь согласится? — спросил князь, передавая папку с документами брату.

— Трудно сказать. Но загоревшихся глаз не было однозначно.

Уж кто-кто, а Евгений Константинович Белорецкий за свою жизнь не один раз делал людям заманчивые предложения, которые те были просто счастливы принять, объявлял о помиловании или удовлетворял просьбы просителей. Много раз были и обратные ситуации, когда стоя над поверженным врагом, проворовавшимся служащим или тем же просителем, которому нужно было отказать, он видел в их глазах отчаяние, грусть, нарастающую тревогу и страх.

Сейчас у главы рода уже другой уровень и статус, нежели когда у руля клана сидел их отец, и большинство его решений и приказов озвучивают подчинённые. Но прожитый опыт не позволял ему ошибаться в таких мелочах.